Как уехала наша Аола, так он и злится. Уж чего только не делал. В открытом птичнике крышу обвалил. Она, изволите ли видеть, привязана была на веревках, чтобы давать тень. Так этот изверг прыгал на нее пока не свалил прямо на бедных кур. А намедни залез ночью в окошко к сестре кастелянше, орал и сверкал глазищами бесстыжими. У старушки чуть припадок не приключился, пришлось даже вишневкой ее отпаивать. На кухне позавчера украл целиковую ощипанную утку и гонял ее по полу. Что смотришь, паразит хвостатый, прости Пресветлая! — пожилая дама погрозила коту сухоньким кулаком, тот в ответ дернул здоровенными ушами и зашипел.
— Одна только Аолушка и могла с ним управляться, — привратница вдруг как-то резко замолчала, пристально глядя на маркиза, а потом с надеждой спросила. — Ваша светлость, а не хотите привезти жене котика?
Глава сорок седьмая, в которой Кастерс общается с сестрой Марфой и лысым котиком и никак не может решить, чье общество ему приятнее
Всю дорогу до кабинета Светлейшей Кастерс размышлял над тем стоит или нет забрать с собой это лысое чудовище.
Кот был страшен как божий гнев, но зато кажется привязан к Аоле. «Да и Миранде он понравится. Настоящий кот для некроманта», — рыжий хмыкнул, вызвав удивление сопровождающей его сестры.
— У вас все в порядке, ваша светлость? — похоже эта добрая женщина тревожилась за него.
— Спасибо, все хорошо, сестра, — честно ответил маркиз. — Я просто подумал, что было бы и впрямь неплохо забрать себе вашего хвостатого бандита.
— Не может быть! Вот счастье-то! Хвала Пресветлой матери! — монахиня подняла к небу счастливые глаза.
— Вы, милорд, только не передумайте.
— Ни в коем случае!
— Ну так я передам сестрам радостную весть? Мы и котика вам поймаем.
— Буду вам признателен. Сестра?
— Просковья я, ваша светлость! Вон та дверочка в конце коридора вам нужна, — она показала рукой, — а я пока пойду сестер обрадую, — поклонившись, поворотилась спиной к рыжему, и, стараясь не переходить на бег, направилась в обратный путь.
* * *В просторной комнате все было по-прежнему: тихо, чисто, просторно. Настоятельница встретила Кастерса доброй улыбкой и сердечными поздравлениями, а стоящая рядом с ней сестра Марфа, только высоко подняла бровь да иронически изогнула тонкие губы.
Отзвучали положенные приветствия, и Кастерсу было предложено сесть.
— Не ожидала увидеть вас столь скоро, юноша, — не выдержала Просветленная. — Насколько я помню, вы собирались провести две недели с семьей.
