— Теперь вторую! — он с видимым удовольствием повторил весь ритуал с поглаживанием, поцелуями и украшательством и теперь любовался делом рук своих."
"Сложная система цепочек, на которых покачивались капельки опалов, закрывала почти всю тыльную сторону стопы, почти касаясь пальчиков.
— Ты прекрасна, — Грег поправил центральный камень, вздохнул умиротворенно и вновь погрузился в созерцание.
Непривычная к тому, что ее ноги являются для некроманта объектом медитации, Иришка вопросительно посмотрела на Каса. Тот в ответ только молча пожал плечами.
Не выдержав торжественности момента, она растопырила пальцы на ногах и засмеялась, глядя как в черных глазах умиротворенное восхищение сменяется удивлением, а потом безудержным весельем. Дружный счастливый хохот спугнул ласточек на балконе, чье гнездо уже много лет пряталось за надежным плечом мраморной кариатиды.
* * *Часы в соседней комнате пробили два раза, напоминая молодоженам, что пришло время обеда.
— Вставай, птичка, пора одеваться.
— Да, папочка, — Иришка нехотя покинула мягкую постель и, как была только в пояске-обереге и браслетах, пошла в гардеробную.
— Грег, ты зануда и формалист! Что стоило распорядиться подать обед в гостиную? — Кас проводил глазами юную супругу. — Она была бы такая же восхитительно растрепанная, в одном халатике и в этих твоих опалах на босу ногу. А теперь Аола оденется и будет играть с Мирандой.
— А это идея! Ты гений, рыжий!
— Да, я такой, — по привычке оставив за собой последнее слово, Кас вышел из спальни.
Между тем Иришка пребывала в состоянии глубокой задумчивости. Перед ней во весь рост стоял вопрос выбора одежды. Хотелось чего-нибудь простого и уютного, вроде длинного свитера или туники, но где Леория и где свитера?
— О чем задумалась? — подойдя сзади, маркиз с удовольствием обнял Аолу.
— Да вот, думаю чего бы одеть.
— Серьезная проблема, — согласился рыжий и прижался потеснее. — А может обойдемся пеньюарчиком, сладкая?
— Нет уж, прислуга не переживет, если я в таком виде заявлюсь в столовую, — Иришка остановила шуструю руку мужа, поглаживающую лишенный растительности лобок.
— Зачем нам столовая? Мы и в покоях можем пообедать. Только халатик накинь, — его непослушная рука скользнула ниже. — А кстати почему ты везде такая гладенькая?
— Ты не поверишь, — сдаваясь на милость победителя, она поставила ногу на пуфик и откинулась на грудь Каса.
— А ты расскажи.
— Мы с подружкой нашли рецепт в одной книге, — судорожно вздохнула.
