С поместьем Градиент всё было проще, оно оставалось под арестом, были сохранены все бумаги о том, что входило в поместье, включая размер дохода на дату конфискации. Управляющим был назначен некий господин Мордье, которому были даны достаточно широкие полномочия, кроме продажи поместья. Мордье имел право принимать решения в рамках подконтрольных людей и неких поддерживающих работ. Первый ежегодный отчёт по делам поместья выглядел достаточно оптимистично. Но спустя буквально один год, доходы поместья начали резко падать, суммы, которые требовались на содержание поместья и ремонт, наоборот, возрастали.
Но вот что интересно, как имущество, принадлежащее короне, поместье было освобождено от уплаты налогов. Договор с господином Мордье был заключён на срок, который по закону требовался для отчуждения собственности от рода и передачи её в другие руки. И в этом году этот срок истекал…
К вечеру все документы на имя Изабеллы Градиент были у меня, заверенные печатями всех необходимых министров.
Я усмехнулся, подумав, что ещё ни разу за всю историю Корции чиновники так быстро не оформляли передачу такого количества собственности. Потому что помимо поместья, в собственность графини теперь входили две кародиевые* шахты (*кародий) вымышленный минерал для получения энергии для работы водопроводов и очистных) и небольшое имение в южной части Корции, которое ранее принадлежало её матери."
"Я вернулся в замок практически без сил, всё-таки чиновника иногда «легче убить», чем заставить быстро работать.
Как в одном из разговоров упомянула Иза — «Чувство собственной значимости чиновника обратно пропорционально значимости страны».* (*цитата О. Хаксли). И откуда только в её прекрасной головке берутся такие умные мысли, в правдивости которых он сегодня имел полное неудовольствие убедиться.
Не успел переодеться и освежиться к ужину, как столкнулся с явно поджидавшими меня Георгом и Альбертом. Очередной раз поразился тому, насколько они похожи.
— Господа, приветствую вам — склонился в шутливом поклоне
— Брось, Фро — мы ждём тебя, ты обещал показать нам меч
— Вам?
— Не привязывайся, Фро, ты обещал мне, но Алю тоже интересно
— И мне — раздался голос матушки
— Ну хорошо, пойдёмте в оружейную — нарочито шумно выдохнул я
В оружейную я вошёл один, дружба дружбой, но я не хотел вводить Георга в искушение.
Хорошо помнил его в то время, когда он не слышал ничего, кроме своего желания стать королём.
