Одри постучала пальцем по плечу Гастона.
— Думаешь, ты сможешь попасть в тот амбар?
Гастон пожал мускулистыми плечами.
— Конечно.
— Мне нужно, чтобы ты спустился туда, открыл стойла внутри и напугал лошадей.
— Напугал? — уточнил Гастон.
— Улыбнись им или что-нибудь в этом роде.
Он одарил ее безумной улыбкой.
— Я могу это сделать.
— А что же я? — прошептал Кальдар.
— Ты лежишь здесь и прекрасно выглядишь. Я вернусь.
Прекрасно выглядишь, хах! Она за это заплатит.
Гастон и Одри растворились в темноте.
Одри и его племянник, казалось, были сделаны из одного и того же теста: она порхала над землей, совершенно бесшумная, почти невесомая, а Гастон крался, как большой кот, не издавая ни звука, несмотря на свое огромное тело. Кальдар повернулся к дому. Ну, ему на самом деле хотелось посмотреть на ее работу. Оставалось только надеяться, что она не погубит их всех.
Вламываться в дом посреди ночи было не в его стиле. У него лучше всего получалось на виду, и, как правило, большую часть дела выполнял его язык.
Вот это была интересная мысль. Хе-хе.
Он сделал себе мысленную заметку, сказать об этом Одри. Может, он добьется от нее еще одного «О, Боже мой!».
Она прижалась к земле рядом с ним.
— Где мой племянник?
— Смотри, — сказала она ему и натянула маску.
Прошла долгая минута, потом еще одна. Они молча лежали на вершине холма. Кальдар наклонился к ней так близко, что их лица почти соприкоснулись.
— Сними свою маску.
— Зачем? — прошептала она.
— Я скучаю по твоему лицу.
Ее глаза расширились. Ага! Наконец-то он забил гол.
— У нас есть несколько минут, — прошептала она. — Ты хочешь целоваться?
Это была ловушка. Стопроцентная, настоящая ловушка Одри. Если он попадется на эту удочку, то пожалеет об этом. Но все же был еще один шанс из тысячи, что она говорит серьезно. Он был бы идиотом, если бы не ухватился за него.
Кальдар аккуратно стянул маску с нижней половины ее лица.
Она щелкнула пальцами, слегка ударив его по носу.
— С тобой все так просто.
— Нет, просто я влюблен. — Он наклонился ближе. Его губы почти коснулись ее губ.
Одри не отстранилась.
— А теперь вспомни, что случилось, когда ты в последний раз пытался это сделать.
— Оно того стоит, — прошептал он.
Дверь амбара внизу с глухим стуком распахнулась. Лошади вырвались в ночь. Одри повернулась к стаду, а он схватил ее и поцеловал. На вкус она была точь-в-точь такой, какой помнил ее Кальдар — как солнечный день посреди темной ночи.
