Грань Теней

Чуть медлю…А потом усмиряю вихрь, останавливая пляску. И стихия замирает, растекается холодной водой… и снова становится купелью.

— Теперь защита, — шепчет мне на ухо Арххаррион.

И я представляю стены вокруг Риверстейн. Они вздымаются до небес. Через них не перелезет зверь, не перелетит птица, не пробьется человек. Ни найдет никто в подлунном мире. Идущий — свернет, заблудившийся — не увидит, ищущий- пройдет мимо. Сто путей ведут в Риверстейн и ни один не приводит. Хмурые сосны, подступают ближе, прячут Риверстейн за темными стволами.

Оплетают каменные стены дикий вьюн и колючий можжевельник. Разливаются озера и топкие болота. Зверь лесной стоит на подступах к Риверстейн, зорко высматривают добычу птицы.

Нет пути сюда.

Ни дороги, ни тропки, ни колеи нехоженой.

Никому, кроме друзей.

Спит Риверстейн. Ждет Источник. Ждет возвращения Хранителя…

Спит Риверстейн…

Я вздохнула.

Арххаррион, обнимающий меня, так и не отвел руки. Я повернулась к нему, заглянула в темную бездну. Он смотрел на меня со странным выражением, от которого мне стало неуютно и жарко.

— Получилось? — спросила я.

Он усмехнулся.

— Более чем.

Я высвободилась из его рук, отошла. На полу, возле алтаря спал лорд Даррелл и чуть хмурился во сне. Рядом, положив голову на грудь Шайдера, примостилась Ксеня.

— Ох! Это я их усыпала?

— Сдается мне, ты усыпила всех в округе Риверстейн.

— Святая Матерь! — ахнула я, — я сейчас исправлю… Разбужу их!

— Не надо, — пусть спят. Думаю, они и сами проснутся к утру, не переживай.

Ты сделала хорошую защиту, Ветряна. Я и сам не смог бы лучше.

Я чуть покраснела.

— И еще… Я должен тебя поблагодарить.

— За что?

— За то, что отдала мне в пентаграмме Силу. И спасла жизнь.

— Да, но не до конца, раз теперь ты не можешь обернуться, — грустно сказала я.

Он покачал головой.

— Демоническая сущность не может прорваться без силы Хаоса. Возле моего Источника все восстановится. Но без тебя, боюсь, я бы уже не очнулся. Я… благодарен тебе. И я удивлен, что ты это сделала… после всего, что увидела в Петле Времени.

 — Он шагнул ближе, — и я не понимаю, почему ты это сделала! Почему, Ветряна?

Я чуть пожала плечами.

— Ты умирал.

Он подошел еще ближе.

— Разве я не говорил тебе, что милосердие- это слабость? Что врагов надо уничтожать, а не жалеть? — в его темных глазах загорелся желтый огонек зверя.

— А ты мой враг? — тихо спросила я.

Арххаррион помолчал и отошел, не ответив.

— Возвращайся в замок, Ветряна. Тебе тоже пора отдохнуть.