Грани морали

Единственный недостаток этой системы в неспешности – противник не будет ждать, пока ты нацарапаешь на земле символы, он тебя раньше обычным мечом прикончит. Потому методика магии эволюционировала, а символы остались. По ним иногда детям объясняют, как правильно вливать силу и распределять ее, чтобы не рвануло. Как наши прописи – сначала палочки и загогулины, потом буквы.

Полезный навык. Пригодится.

Дочитав и убедившись, что умение всерьез обращаться с рунами редкое и в какой-то степени даже уникальное – тот же принц при заживлении моего пальца ничего на нем не рисовал, обошелся прикосновением, – я немного успокоилась.

Надеюсь, кроме моей тетушки, больше никто им не владеет.

Более расслабленно я принялась листать страницы, отыскивая знакомые значки.

Так, вот подходящий символ. Кровь. Родная кровь. А рядом целый набор, в качестве образца употребления, очень похожий на то, что я видела на своей руке.

«Проверка родственных связей» назывался он.

Ясненько. В принципе логично."

"Непонятно только, отчего вдруг сработало.

Я-то ей не родная. Меня должно было опознать, как чужачку, постороннюю душу. Но не опознало.

Не то чтобы я жаловалась, скорее наоборот, просто странно.

Ниже давались сноски на связанные разделы. Воскрешение, упокоение, исцеление. Ничего себе у них наборчик!

Я быстро пролистала к первому – кажется, именно это со мной, то есть с Лореттой, и проделали. Только немного косячно.

Совершенно незнакомый список символов. Его я точно раньше не видела.

Ага, вот и полезное примечание:

«Душа недавно умершего может быть призвана ошибочно, ежели поблизости со свежим покойником недавно скончался некто иной.

В таком случае должно провести ритуал изгнания постороннего духа, оскверненное же тело сжечь и пепел развеять по ветру с перекрестья трех дорог».

Отличная перспектива. То есть тетушка провела ритуал воскрешения, спасая племянницу, во время которого неизвестно как аж из другого мира подтянуло меня.

Так уж поблизости?

Вряд ли. Скорее похоже на вмешательство извне.

Либо кто-то очень сильно не хотел, чтобы у местрис Фьюренцу все получилось, либо некие высшие силы решили, что девочка не справится, и подсунули ей замену.

Это отчасти объясняло, с чего вдруг меня признали родственницей, хотя ничего у наших душ общего нет.

По спине продрал мороз.

Обе перспективы совершенно не вдохновляли. В первом на меня откроют настоящую охоту…

Впрочем, во втором тоже.

А самое страшное, я понятия не имею, откуда может прилететь смертельный удар.