До сих пор ни единой телеги мимо не проехало."
"Я постоянно поглядывала то в сторону постепенно затухающей кареты, то вперед, силясь разглядеть что там, за поворотом — не спешат ли нам навстречу непрошеные свидетели. Меня еще заботил вопрос запаха: обыкновенные собаки враз учуют, что карету кто-то покинул, живой и здоровый.
Потому многоголосый гул я восприняла почти с облегчением.
— Быстро, прячемся! — шепнула я тетушке, утаскивая ее с дороги в канаву.
Она от изумления даже не сопротивлялась, а когда спохватилась, поздно было.
Уже стояла по колено в пушистом стоге из опавших листьев. Я заставила ее присесть, взметнула приличную охапку хрустящей листвы и устроилась рядом, позволяя нас засыпать импровизированной маскировке.
Если бы кто-то полез в буераки и присмотрелся, запросто бы нас увидел, но взгляды селян оказались прикованы к опасному, пугающему, а оттого вдвойне притягательному зрелищу. Они спешили осмотреть место происшествия, а возможно, и чем-то поживиться.
Убедившись, что на дороге больше никого нет, а все любопытные стоят к нам спиной, я выдернула тетушку из схрона как морковку из грядки и поволокла дальше.
Мы быстро миновали поворот и выдохнули. Навстречу больше никто не шел — крестьяне передвигались гурьбой, стараясь не отбиваться от коллектива.
Деревню обогнули по широкой дуге, воспользовавшись удачно подвернувшейся узкой тропкой. Надеюсь, сюда собаки — если их вообще используют — не добегут. Наши следы успешно затоптаны ордой местных жителей, поди разбери в суматохе, кто куда пошел.
От столицы мы отъехали не слишком далеко, но расстояние, что в относительно комфортной карете преодолели за час, на своих двоих пришлось ползти полдня. Когда мы с тетушкой, усталые злые и пропыленные, добрались до пригорода, уже смеркалось. Обе не ели с утра, да что там, с прошлого вечера, и поочередно пугали друг друга страшными звуками из живота. Но к чести родственницы, она не возмущалась. Молча тащилась за мной, придерживая полы плаща и юбку, чтобы те не волочились по пыльной земле.
Я на такие мелочи внимания не обращала. Нам все равно в скорейшем времени предстоит переодеться, причем полностью.
Столица началась с редких, больше похожих на фермы домиков, что постепенно становились все выше и крупнее, а прилегавшая к ним территория — все меньше, поскольку чем ближе к центру, тем дороже земля.
На круглосуточные магазины я не рассчитывала, понимая, что не в тот век попала.
