Гражданин начальник

Света оглянулась, словно почувствовав его мысли.

– Подожди, я включу свет... – сказал Андрей. – Пробку надо ввинтить.

Вспыхнула лампочка, показавшаяся непривычно яркой. В желтоватом свете коридор выглядел особенно грязным, заброшенным. Андрей проверил запор, снова вставил швабру в ручку входной двери и первым вошел в комнату Махнача и Феклисова. Двери не запирались, и он, не откладывая, принялся за дело. Обыск был несложным – в комнате не было ничего, где можно спрятать патроны. Две раскладушки, стол, рассохшийся шкаф без дверцы, одежда.

Вскоре Андрей и Света убедились, что патронов здесь нет.

– Их могли просто выбросить, – предположила Света.

– Вряд ли... Это были хорошие гильзы. Металлические. Сейчас таких почти нет. У всех картонные, но это не то. Если человек хоть немного общается с оружием, он никогда не выбросит латунные гильзы. И потом – зачем? Они ничего не доказывают. Это не улика. Только я знаю, что на них есть метки, только я могу эти метки увидеть... Во всем они чисто сработали, а здесь промахнулись – нельзя было допустить, чтобы эти патроны у меня оказались.

Оплошал Михей, крепко оплошал. Слушай, надо опять пробки выкрутить.

– На всякий случай... Вдруг где-нибудь магнитофон подключен... Мало ли...

– Что же, так и будем в темноте сидеть?

– Почему... Можно и прилечь, – медленно проговорил Андрей. – Если ты, конечно, не возражаешь.

– Да тут у вас и негде... Этот диван слишком узок для двоих. Мы не поместимся.

– Придется в два этажа.

– Это как? – не поняла Света, но постепенно до нее стал доходить смысл сказанного.

Как и все рыжие, она краснела быстро и ярко. Андрей обнял ее, отвел волосы в сторону, поцеловал в шею, да так и остался стоять. – Осторожнее, – прошептала Света. – А то я потеряю самообладание.

– Теряй быстрее, – он потрогал губами ее ухо.

– А кто ляжет сверху? – прошептала она, и Андрей содрогнулся от этого ночного шепота.

– Как хочешь... Могу я...

– А потом поменяемся?

– Все, – произнесла она, решившись. – Все... Гаси огни.

Андрей протянул руку и щелкнул выключателем. Теперь свет шел только от фонаря, который висел во дворе.

– С ним тоже надо разобраться, – сказала Света, показав глазами на окно. – А то какой-то он... Нахальный.

Дотянувшись до выключателя, Андрей погасил и этот фонарь.

– Ох, Андрей... И угораздило же тебя... Как же тебя угораздило... Бедный ты мой, бедный, – она расстегнула пуговицы на его рубашке, и он, поняв, осторожно раздвинул «молнию» на ее куртке.