Гражданин начальник

Голдобов подошел к холодильнику, вынул бутылку водки, с хрустом свинтил пробку, налил в первый попавшийся стакан и выпил.

– Тебе налить? – спросил у Ларисы.

– Как хочешь. Что намерена делать?

– Не знаю... Не решила. Подумаю.

– Тебе нужно уехать. Подальше и надолго. Так будет лучше для всех нас.

– Особенно для тебя, – криво усмехнулась Лариса.

– Нет, Лариса, – зло сказал он. – Особенно для тебя. Ты ведь тоже слегка... замарана. Ты тоже нуждаешься в спасении. Не меньше, чем другие. В том, что случилось с Николаем, есть и твоя вина.

– Есть, Илья... Тут ты прав... Вина есть. Но убийца – ты.

– Нет, – улыбнулся он, показав редковатые зубы. – Я просил ребят поговорить с Николаем, не более. Он рассылал разоблачительные письма, и ты знаешь, почему это делал – ты изменять ему начала направо и налево.

– В основном налево. С тобой, Илья. Я знаю, все понимаю и все помню. Но от всех вас я отличаюсь. Есть маленькое различие...

– Я не хочу спасаться.

– Да? – Он раздумчиво посмотрел на нее, налил себе еще водки, медленно выпил, не спуская глаз с Ларисы, задержался взглядом на распахнувшемся халате, она сознательно не хотела его поправлять и сидела, закинув ногу на ногу – единственное, что сделала, чтобы прикрыть наготу.

– Тебе надо уехать. Я позабочусь об этом, – Голдобов вдвинул стакан в грязную посуду на столе.

– Поедешь, Лариса. Я тебе обещаю. Все. Пока. Убрала бы на кухне... Воняет, – сказал уже из коридора и вышел, с силой захлопнув дверь.

– Воняет ему, – усмехнулась Лариса. – Привыкай, дорогой.

Анцыферов смотрел на сидящую перед ним Ларису и не столько слушал ее, сколько рассматривал. Ну что ж, думал, Голдобова можно понять, с такой и я бы не отказался... пообщаться в ночное время, впрочем, не только в ночное. Но вскоре он оставил свои шаловливые мысли и с ужасом слушал Ларису. А она открытым текстом говорила об убийстве мужа, о том, что оплатил убийство Голдобов, она складывала на столе черновики писем, которые муж рассылал во все правовые службы, включая и эту вот прокуратуру.

– Вы утверждаете, что Голдобов организовал убийство, находясь в тысяче километров отсюда?

– А разве это столь уж невозможно? Разве имеет большое значение – находится он в тысяче метров от убийства или в тысяче километров?

– Да, действительно, – растерянно ответил Анцыферов.

– Чтобы оплатить убийство, разве обязательно присутствовать при нем?

– Возможно, вы и правы...