Гражданин начальник

Но дело в том, что нужны основания... Голдобов – уважаемый человек, известный в городе, кормилец наш, можно сказать, поскольку является начальником управления торговли. И что с бухты-барахты...

Лариса иронически смотрела на прокурора и поняла – пришла зря.

– Разрешите? – в дверь заглянул Пафнутьев.

– Потом, Паша, потом, – отмахнулся Анцыферов, но Пафнутьев оказался не столь хорошо воспитан, как хотелось бы прокурору. Увидев Ларису и лишь в коридоре вспомнив, кто это, он снова вошел.

– Лариса Анатольевна, если не ошибаюсь? – радостно улыбнулся Пафнутьев.

– Павел Николаевич, о самочувствии поговорите, когда она выйдет из этого кабинета, хорошо? – Анцыферов мог иногда говорить настолько холодно, что неподготовленного человека пробирал мороз.

– Вы полагаете, выйдет?

– А что ей может помешать?

– Вы полагаете, ничто не помешает?

– Ну не запру же я ее в шкафу! – возмутился Анцыферов.

– Вы полагаете, не найдется кому это сделать? – Пафнутьев улыбнулся широко и беспечно.

– Здравствуйте, – наконец произнесла Лариса. – Я узнала вас. Вы ведете следствие по убийству Николая. Может быть, ему тоже интересно узнать то, что я рассказываю? – повернулась она к Анцыферову. – Уж коли он ищет убийцу, а я прямо его называю, настаиваю на том, что это сделал Голдобов... А?

– Видите ли, Лариса Анатольевна, – значительно проговорил Анцыферов, – вы пришли к прокурору города. И позвольте мне решать, кого пригласить к нашей беседе, а с кем повременить.

– Извините, я думала...

– О, да вы и документы принесли! – воскликнул Пафнутьев так, словно ничего не слышал. – Я смотрю, там не меньше двадцати страниц, – говорил он, стоя на пороге и тем выполняя пожелание начальства – не входить в кабинет. – С таким количеством доказательств мы найдем убийцу к вечеру. И, разумеется, задержим его! Да, там не меньше двадцати страниц...

– Двадцать две, я посчитала, – Лариса доверчиво обернулась к Пафнутьеву.

– Немного уставшая, – подсказал Пафнутьев, вкрадчиво приближаясь к столу.

– Да. – Она благодарно улыбнулась следователю. – И мы не смогли поговорить подробно.

– Павел Николаевич! – Анцыферов обрел наконец твердость. – Я приглашу вас, когда это будет необходимо.