Гражданин начальник

Если скажем, что в это время ты был в гараже, ремонтировал машину... Никто не сможет перешибить наши показания. Если скажем нечто противоположное, то и этого никто не перешибет.

– Должок за тобой, парень. Пора платить. Заплатишь – и можешь отвалить. Если захочешь, конечно.

– И на этот раз патроны менять не будешь? – Андрей вылил в стакан остатки воды, но ставить бутылку на стол не торопился, даже взял ее как-то странно – горлышко оказалось в кулаке, а сама бутылка торчала в сторону, напоминая короткую стеклянную дубинку.

Заварзин усмехнулся.

– Поставь. Ты мне нужен живым. Пока ты в долгу, тебя никто пальцем не тронет. Вот так. – Он взял у Андрея бутылку и поставил ее в угол. – Кстати, пустая бутылка гораздо опаснее полной.

– В прямом. Полной бутылкой можно лишь оглушить человека, удар получается мягче. А пустой – это смерть.

– Сейчас тебе пригодится другое. Ты спрашиваешь о патронах... Патроны будут боевые. Это говорю сразу.

– И после этого отвалите?

– Как сам захочешь, Андрюша. Может получиться, что войдешь во вкус и не захочешь расставаться.

Все-таки мы надежные ребята, на нас можно положиться. И работаем грамотно, не оставляя следов.

– В этом я убедился.

– Вот видишь, теперь и сам знаешь – своих следов не оставляем. Теперь ты уж наш, теперь тебя беречь будем... А если подведешь... Не будем беречь, и девочку твою не сможем спасти, если с ней что случится. Знаешь, сейчас столько хулиганья, пьяни всякой... А она девочка видная, каждый оглянется, у каждого душа дрогнет или еще там что.

..

– Значит, и о ней заговорили?

– Я же сказал – мы работаем надежно. С подстраховкой. Говорят, с мамашей живешь, вдвоем? Видел я ее как-то, совсем старенькая... Она не перенесет, если с тобой что случится. Хорошая женщина, но жизнь, видно, у нее была несладкая... А?

– Хочешь сказать, что я хорошо влип?

– Это зависит от того, как все назвать... Может, влип, а может, познакомился с отличными ребятами.

– Правильно. Тебя же ведь не дали в обиду!

«Продадут, – спокойно, будто это само собой разумелось, подумал Андрей.

 – Ведь с кем-то разобрались, за чей-то упокой пили в тот вечер. Вот так же напьются, когда со мной разделаются. Они не будут долго колебаться – я для них становлюсь опасным. Или придется так в крови вымазаться, чтобы и сомнений во мне не возникло, или же будут постоянно испытывать заданиями с боевыми патронами... А может, не врет? В самом деле выполнить эту просьбу, снять угрозы со Светки, с матери...