Гражданин начальник

Как раз в тот момент, когда я собирался арестовать убийцу.

– Это Колов. Я проговорился, что отстранил тебя от дела.

– Все это у вас отлично разыграно. Привет! – поздоровался он с вошедшим Дубовиком. – Но послушай и ты меня... У меня забрали оперативников в тот момент, когда я дал им команду арестовать убийцу, – эти слова Пафнутьев произнес уже для Дубовика.

– Я дам тебе десяток оперативников, – Анцыферов все понял, забеспокоился. – Только задерживай, ради бога. Приходи. Решим. Дадим. Похвалим за усердие. – И он вышел.

В это время раздался телефонный звонок.

– Здравствуйте, – раздался в трубке вежливый голос, и Пафнутьев тут же почувствовал, что уже где-то слышал это воркование, но вспомнить не смог, очевидно, разговаривал с человеком в живую, не по телефону. – Вы занимаетесь делом по убийству Пахомова?

– Ровно в двенадцать часов дня... – Говоривший помолчал, давая возможность Пафнутьеву усвоить сказанное. – Сегодня ровно в двенадцать часов дня у торгового центра... Там небольшой сквер возле поворота трамвая.

– Знаю! – отрывисто сказал Пафнутьев.

– Вы будете сидеть на голубой скамейке... Их там несколько, но голубая одна... К вам подойдет мальчик и передаст кое-какие документы. Они могут пригодиться. Все.

Пафнутьев с недоумением посмотрел на трубку, из которой уже неслись частые гудки, и осторожно положил ее на рычаги.

– Что, Паша? – спросил Дубовик. – Взятку предлагают?

– Черт их знает... Может быть... Пока предлагают встретиться.

– Ночью на кладбище?

– Нет, в том-то все и дело, что нет.

– Надо брать, – сказал Дубовик. – Может, подключить ребят? А? Взять в кольцо...

– Бесполезно. Подойдет посторонний мальчик... Он ничего не знает. А документы он и так передаст...

– Ну, смотри... А то как бы чего не вышло. Убийство тоже ведь средь бела дня... Со странной публикой ты связался, Паша... Они не прячутся в ночной темноте и потому неуловимы.

– Ограниченно неуловимы, – поправил Пафнутьев. – В некоторой степени до определенного момента.

– Конечно. Что еще остается следователю, отстраненному от дела. Но легкое беспокойство клиентам сейчас придам. – Пафнутьев быстро набрал номер. – Управление? Мне, пожалуйста, Голдобова. Занят? Совещание? Очень важное? А если он отвлечется на две минуты, город охватит паника, голод, одичание? Следователь Пафнутьев. Благодарю. Вы очень любезны. – Последние слова Пафнутьев умудрился произнести таким тоном, что любой мог бы вскипеть от оскорбленности.