Бабы вообще умеют любить?"
"Ему часто о своей любви говорила мать. Если это и есть их любовь, то чем она отличается от мучений?
***
Как-то само собой получилось, что Вера опять обедала со своими шефом. Потому что выбрались из Департамента по времени как раз к обеду, есть хотелось. Говорили о разном, в основном о работе. О вещах, касавшихся ее лично, разговор больше не поднимался, но Вера чувствовала себя неуютно. Что удивляться? В отделе кадров среди прочих копий ее документов лежит копия Вовкиного свидетельства о рождении.
Шефу при его находчивости не стоило большого труда сложить два и два. Очевидно, потому он и спросил:
- ...Кем вам приходится этот Верховцев?
Так поставить вопрос мог только человек осведомленный. иначе это звучало бы как угодно, только не кем? Никогда не любила, чтобы окружающие знали о ней больше, чем им положено знать. Эта привычка шифроваться прочно вросла и укоренилась в ее жизнь. А теперь, когда они с Верховцевым разъехались, тем более распространяться не следовало.
Но от этого человека, похоже, ничего не утаить. А сам он, кстати не любил делиться своими тайнами. Все обтекаемо, вскользь, в шутку. Вера, конечно, не стала подвергать сомнению его слова, что бизнесом он занялся ради успокоения мамы, но... Не каждый начинающий бизнесмен просто так возьмет и пригласит на должность заместителя человека с улицы. В данном случае, ее.
Да, Веру рекомендовал Щуров. Герман Данилович ее неплохо знал, Вере льстило, что этот человек помнил ее, не забыл до сих пор.
Однако, кем ему самому приходится Щуров? Какие там за связи, что по одному упоминанию его имени Панкратов с готовностью взял ее на работу?
Весь остаток дня Вера обдумывала эту мысль, иногда поглядывая в его сторону. И пришла к выводу, что, не смотря на слегка легкомысленный и как бы взъерошенный вид, легковерным и легкомысленным он не кажется. И мыслит для дилетанта слишком четко.
А последнее предложение еще и указывало на его немалые амбиции.
Как раз в этот момент шеф, словно почувствовал, обернулся к ней и посмотрел долгим взглядом.
Захваченная врасплох, Вера сначала слегка смутилась, а потом улыбнулась. И подумала, что попытки проникнуть в тайны господина Панкратова следует оставить на потом.
И только она с этой мыслью собралась отвернуться, как он подошел вплотную и выдал с заговорщическим видом:
- Вера Дмитриевна, я тут примерный состав набросал, кому мы могли бы предложить участие в консорциуме, посмотрите?
- А, да конечно.
