глава 11
В ночной темноте потолок кажется призрачным. Если смотреть на него пристально, можно представить, что за его гладкой поверхностью движутся зыбкие тени.
На самом деле, ничего интересного там нет, просто глаза никак не закрываются и лежать дико неудобно, потому что это не ее кровать.
Стоп. Это ее кровать. Отныне и... так далее.
А не спится даже не потому что больно, боль уже изрядно притупилась, защитная реакция организма, гасить всплески бесчувствием. Сна нет, потому что в голове нет порядка.
Вера знала, что ее гложет. Просто... То, что она увидела сегодня в офисе, поколебало ее чувство собственной правоты, надломило в главном. Все-таки десять лет.
Она прожила десять лет с Верховцевым. А тут, глядя на его дивный симбиоз с молоденькой помощницей, она невольно задалась мыслью, а было ли ему вообще с ней хорошо? Было ли им вообще хорошо как паре в сексе? Сложный вопрос. Она даже заерзала под одеялом. Тут хочешь не хочешь, а проговорить все про себя и разобраться придется.
Иначе оно так и будет уничтожать ее изнутри.
Конечно, копать придется глубоко, ох глубоко...
С чего вообще все началось?
Тут она саркастически хмыкнула. С чего начинается у всех боссов с секретаршами? Сначала объекты начинают напоминать друг другу то место, которое постоянно зудит, а почесать никак не удается. Но зато потом, когда дорвешься чесать, остановиться уже невозможно. Ну... она долго удерживалась на дистанции, почти три года. Можно было гордиться собой, три года мужика водить на коротком поводке и не давать воды попить.
А потом, однажды, все просто сорвалось в штопор.
Но. Был ли вообще счастлив с ней Верховцев?
Вера старалась вспоминать скрупулезно, потому что надо было понять.
Копаться в своих интимных воспоминаниях горько, потому что все в прошлом, и немного стыдно. Иные моменты и сейчас заставляют душно краснеть, потому что все в прошлом, но ничего не ушло, все осталось. У нее осталось, а у него ушло.
А как это было тогда?
Когда он брал ее, словно изголодавшийся хищник, и ей это безумно нравилось.
Всегда нравился жесткий секс, выпускающий наружу спрятанную в человеке звериную натуру. Он всегда именно брал, жадно, нетерпеливо, грубовато, но она всегда готова была дать больше. Был ли он счастлив с ней тогда?
Ну... Вера пожала плечами, глядя в призрачно - серый потолок, и усмехнулась. Наверное. Потому что ему трудно было бы так натуралистично имитировать оргазмы.
