Гребень Маты Хари

В голове у лейтенанта прозвучали чьи-то слова:

– Жизнь – это всего лишь иллюзия! И смерть – всего лишь иллюзия! Всего лишь рябь на поверхности лесного озера, по которому пробежал ветерок…

В машине надрывался мой мобильник, брошенный на переднем сиденье. Звонила страшно возмущенная Софья Леонидовна, сказала, что так не делают, я обещала прийти вечером, а сама не пришла и даже не позвонила. А она за меня перед соседом поручилась, так что вышло очень неудобно. И сосед теперь сможет только через неделю, а может, и вообще квартиру сдаст раньше, что ему деньги терять.

Так что я сама во всем виновата.

Она так разорялась, что мне захотелось послать ее подальше, но сил не было ругаться, поэтому я просто отсоединилась.

У себя на Екатерининском канале я застала Маргариту Романовну, которая пила чай в компании незнакомой тетки в черном платье, в которой после некоторых усилий я узнала Витькину мать Ларису.

Надо сказать, выглядела она гораздо лучше, чем два с половиной года назад, когда подсиропила Маргарите своего сыночка на постоянное местожительство.

Лариса с тех пор похудела, удачно выкрасила волосы, маникюр у нее был безупречный, и вид вполне себе преуспевающий, если бы не черное платье. Платье сидело плохо, к тому же черное ей совершенно не шло.

– Машенька! – Маргарита чрезвычайно мне обрадовалась. – А у нас тут такое случилось! Да ты садись, садись, чайку выпей. У нас участковый только что ушел.

– Витька опять что-то отмочил? – вздохнула я.

Оказалось, Витька отмочил. Он умер. Точнее, его убили. Окончательно озверевший от отсутствия дозы, он набросился на дилера ночью. Тот отбился и утверждал, что Витька ушел от него живой, но кто уж угостил его по кумполу железной трубой, никто не знает.

Нашла Витьку в старом дворе бездомная псина, которая так выла, что заинтересовались местные бомжи.

Выслушав этот рассказ, я прикинула, что в последний раз видела Витьку в то самое утро, когда мы с ним крупно поговорили.

Да, если бы не отобрала я накануне вазочку, то ему хватило бы на дозу, и сейчас у нас с Маргаритой все было бы по-прежнему. Ну, Бог ему судья, а я виноватой себя не чувствую.

Далее Лариса, на которую произвело огромное впечатление увиденное в нашей квартире, повинилась перед Маргаритой Романовной за то, что подсунула ей Витьку, у нее, дескать, терпение лопнуло, опять же, личную жизнь нужно было устраивать.