И признаваться в своих чувствах не очень люблю. Но тут прямо захотелось…
Голос хриплый, притягательный. Глаза действительно живые. Не похож он на пьяного, но его действия какие-то странные. Или я привыкла к серьезному и дебильному характеру Захарова. А когда он мягкий, то просто как-то непривычно. Даже удивительно.
– Не любишь признаваться, ага, – сажусь за руль, завожу двигатель. – Но в управлении всех заставляешь.
– Заставляю. Но не в любви признаваться, Мира. Это совсем другое.
Закатываю глаза. Вести диалог больше не хочу, поэтому, сосредоточив внимание на дороге, решаю не обращать на него внимания.
А он даже не пытается со мной говорить. Включает радио, слушает какую-то музыку про любовь. Боже, меня уже начинает тошнить. Скорее бы до дома добраться.
– Завтра день рождения Эмиля. Ты же в курсе? – мы заходим в лифт. – Вечеринка будет. Работы нет. Будь готова к трем. Заеду, поедем туда. Бестужев обещал, что сам за нами «прилетит», если мы вдруг не окажемся среди гостей.
– А я обязательно должна с тобой туда… – договорить не получается, потому что встречаюсь с предупреждающим взглядом Захарова в отражении зеркала.
– Ясно.
– Умница, – усмехается уголками рта. – Поедешь только со мной. Нас ждет великий день.
– Ты опять что-то запланировал? Хочешь меня куда-нибудь затащить и снова свой язык мне в горло засунуть, да? Извращенец…
– Нет, в следущий раз сама целовать будешь, – смеется он, не сводя с меня синих глаз, где полыхают хитрые огоньки. Нет, явно что-то задумал! – Пожелай мне спокойной ночи.
Дома ты рот на замок закроешь. Снова. Не устала еще?
– Не-а, – тяну согласные. – Бесишься?
– Нет, почему же? Твоя упертость, упрямство… Все это заводит сильнее. Продолжай, мелкая, в том же духе. Мне все нравится.
ГЛАВА 34
Сказать, что я не спала всю ночь – это ничего не сказать. Как только закрывала глаза, мне казалось, что Захаров рядом. Будто дышит мне в затылок, обнимает огромными горячими ладонями, прижимает к себе. До сих пор я чувствую, как гудят мои губы.
Они опухли так же, как глаза. Но вторые от недосыпа.
Несколько раз выходила из комнаты, шла в ванную, чтобы умыться. Привести себя в порядок. В чувства! Все тело горело, несмотря на то, что в доме есть кондиционер и было достаточно прохладно. Пришла к выводу, что это все он. Захаров. И его прикосновения, поцелуи, которые до сих пор не выходят из головы.
Этот человек мне не безразличен, не отрицаю. Но и простить его я не в силах.
