– Дрянь!
Гладит шею, харкает на пол. Хватает меня за плечо, поднимает. Теперь он врезает мне пощечину."
"– Тебя нужно было угробить сразу. Но твой братец почему-то… – гавкает сквозь зубы. Понятно. Я его наверняка с Матвеем видела. – Почему-то испугался Беса.
Снова этот Бес. Снова! Кто он такой? Брат тоже о нем говорил!
– А бояться нужно не только его! – бросаю гневно. Чувствую во рту вкус крови, выплевываю. – Таких Бесов много в моей жизни!
– Я не Матвей, чтобы бояться кого попало, детка, – сжимает горло.
Воздуха чертовски не хватает, но я не подаю виду.
– Отпустил девчонку! – голос Захарова. – Немедленно. Иначе без башки останешься.
Меня пугает угрожающий тон Тимура. В руке он держит оружие, целится в вонючего подонка.
Тот слишком резко оборачивается. В итоге оказывается позади меня, я – прижатая к его телу спиной. Снова сжимает мое горло.
Захаров смахивает на дикого зверя. Зверя, у которого отняли добычу. Загнали в угол. Челюсти плотно поджаты. Губы превратились в две тонкие полоски.
Волосы прилипли к вспотевшему лбу. А в синих глазах полыхает ярость.
– Я больше повторять не стану, Ильин. Отпусти девчонку, – обманчиво спокойный тон.
Меня бросает в дрожь. Что-то холодное упирается в мое горло. Нервно сглатываю, впиваясь ногтями в руку кретина, которой он крепко прижимает меня к себе.
Тимур не смотрит на меня. Его взгляд полностью сконцентрирован на какой-то конкретной точке. И этой точкой является некий Ильин. Походу, один из дружков Матвея.
– А ты что думал, Захаров, мы оставим в живых ту, которая идет против нас? – в голосе усмешка.
Глаз Захарова дергается.
– Без башки останешься, Ильин, – повторяет. – Ты же знаешь, я редко стреляю. А если нажимаю на курок, то попадаю прямо в цель. Отпусти девчонку, – последнее чуть ли не рычит.
– И этой целью сегодня является эта малявка? – острие ножа сильнее вонзается в горло. Не больно, но ощутимо. – Через несколько минут тут будут все твои враги, Захаров. Поочередно эту девчонку… Кхм… Ну ты понял.
Посмотрим, как ты отреагируешь, – громко смеется.
Наши с Захаровым глаза встречаются. Всего на секунду. Он кивком указывает в сторону. Еле заметно. Но я не понимаю…
Впиваюсь ногтями еще сильнее в кожу кретина, но он будто вообще не человек. Сглотнув, стискиваю зубы до боли. Черт! Противно, однако второго варианта у меня нет. Кусаю его запястье настолько сильно, что он шипит. Рычит. На секунду хватка ослабляется, и этого мне достаточно, чтобы выскользнуть.
