– За что?
– За Питера… Я не знал… Уверен, ты знаешь, что делаешь.
Эти слова еще больше обеспокоили Оливию. Вечно всем недовольный Филипп капитулировал слишком легко. Оливия подумала, не произошла ли у него размолвка с Амандой?
– Как Аманда?
– Ее назначили федеральным судьей. Она на седьмом небе от счастья.
– Поздравь ее от меня, – сказала Оливия, продолжая искать во взгляде сына причину его расстроенного состояния, но так и не нашла. Филипп поспешил в свой офис, словно боялся разговора с матерью.
Она была так озадачена, что тем же вечером поделилась этим с Питером.
Он не сомневался, что объяснение найдется очень простое, и обрадовался, что Филипп извинился. Ничего странного он в этом не видел. Филипп должен был так поступить.
– Возможно, влюбился! – предположил Питер в шутку. Ему были известны и более странные случаи.
– Филипп? – рассмеялась Оливия над его словами. – Это единственное, чего он боится. Он скорее позволит вырвать себе сердце. Не думаю, что мой старший сын способен вынести чью-то любовь к нему, поэтому и женился на Аманде, этом айсберге в человеческом обличье.
Мне кажется, Филипп боится эмоций. Он не хочет испытывать боль и разочарования, поэтому и живет с ней. Это страшно угнетает.
– Кто знает, всё меняется. Может, однажды он встретит ту единственную и уйдет от Аманды?
– Уж скорее это она от него уйдет, – с горечью заметила Оливия, – найдет кого-нибудь побогаче.
Нехорошо было так говорить о невестке, но Оливия не любила Аманду и была убеждена в своей правоте.
Оливия продолжала беспокоиться за Филиппа, но была очень занята. Забастовка в одном из техасских магазинов приняла ожесточенные формы, возникла угроза мародерства. Пришлось нанять охрану и временно закрыть магазин. Оливию это не радовало. Питер убедил ее не лететь туда самой: боялся, что любимая может пострадать, и на этот раз она согласилась.
Спустя пару дней она заехала в книжный магазин за книгами для Питера. Себе она тоже подбирала роман и как раз читала аннотацию на клапане, когда подняла глаза и увидела, как в магазин вошел Филипп с симпатичной девушкой.
На вид она была в два раза моложе его. Она смотрела на Филиппа с обожанием, да и тот казался безумно влюбленным. Оливия уставилась на парочку, не веря собственным глазам, но быстро спряталась за стеллаж, чтобы остаться незамеченной. Филипп поцеловал свою спутницу. Оливия вдруг поняла, почему он пошел на попятную. Серьезно ли это у них? Выяснить было невозможно, а спрашивать сына она не хотела.
