В ее глазах мелькнул лукавый огонек.
— Все мы делаем это за деньги, если уж на то пошло, — признала она. — Продаем себя, выходя замуж. Возможно, ваш путь еще не самый худший. Почему они отправили вас сюда? Пытаются свести меня в могилу раньше времени или никак не могут решить, какую еще глупую курицу ко мне послать?
— Судя по вашему виду, леди Фенимор, вам пока рано задумываться о могиле.
Сердито сверкнув глазами, пожилая дама медленно чуть приподняла дрожащую голову. На мгновение она застыла, упираясь в матрас высохшими руками, словно готовилась сорвать голову с плеч и швырнуть в Еву, как пушечное ядро.
Потом бессильно рухнула на подушки. По ее губам скользнула улыбка.
— Наверное, у вас была интересная жизнь, — проговорила Ева.
— Не такая интересная, как ваша, моя дорогая. Когда вас не сдерживают границы морали, вы вправе избрать любой путь и испытать многое, что недоступно большинству из нас.
— Глупым курицам, как вы изволили выразиться?
Леди Фенимор снова улыбнулась, явно довольная.
— Вы не одна из них, правда? Вы не курица?
— Боюсь, я никогда не могла позволить себе подобную роскошь.
— Дорогая моя, почему вы здесь? Что у вас общего с этими нудными дамами из комитета, помешанными на добрых делах, — на помощи бедным, а также несчастным дряхлым старухам вроде меня? — Она озорно усмехнулась.
— Я недавно переехала в Пеннироял-Грин, леди Фенимор, и хочу завести друзей. Похоже, помощь бедным — прекрасный способ избавиться от скуки.
— Бросить вас мне на съедение — поступок отнюдь не дружеский, не правда ли? Я бы сказала, они пытаются избавиться от вас, поскольку вы осмелились выразить желание подружиться с этими благочестивыми ханжами.
Должна заметить, довести их до слез до смешного легко. А потому скучно. Видите ли, я прикована к этой кровати, и мне приходится донимать их, чтобы хоть как-то развлечься.
— Что ж, шлюхи куда выносливее, чем многие воображают. Уверяю вас, леди Фенимор, я не захнычу, можете смело меня поддевать."
"Почтенная дама зашлась кудахтающим смехом, который вскоре перешел в кашель.
Когда приступ прошел, она бессильно откинулась на подушки. Ее веки дрожали.
— Вот, возьмите, — мягким ободряющим голосом заговорила Ева, протягивая ей платок.
Несколько минут прошло в молчании. Ева обвела глазами комнату, ища тайные знаки, которые подсказали бы ей историю жизни хозяйки.
— Я слышала, вы вышли замуж за графа, — прошелестела старуха.
— Да. Но потом он умер. Я горевала о нем.
