— Бывают дни, когда я страстно мечтаю о том, чтобы выдалось время поскучать, — негромко, почти про себя, пробормотал Адам.
— О, взгляните, она возвращается, и, похоже, с подкреплением.
Миссис Снит действительно направлялась к ним. Ее сопровождали миссис Маргарет Лэнгфорд, испекшая достопамятное сладкое печенье со смородиной, и еще две молодые девушки. Одна, со светлыми кудрями, словно одинокий странник, бредущий на свет путеводной звезды, не сводила глаз с пастора. Внезапно она споткнулась, миссис Снит твердой рукой взяла ее под локоть и повела дальше.
Другая юная леди, темноволосая, с гордой осанкой, с густыми черными бровями вразлет и с открытым, умным, хотя и немного надменным взглядом, смотрела прямо на Еву. Такие лица встречаются нечасто, их называют интересными, и никогда — хорошенькими. Девушка держалась с высокомерным достоинством, ее платье, вызывающе желтое, наимоднейшего фасона, многое говорило о характере хозяйки. Ева мгновенно угадала в ней дочь богатого отца.
— Леди Уэррен, я хотела бы представить вам миссис Маргарет Лэнгфорд, мисс Эми Питни и мисс Джозефину Чаринг.
Дамы обменялись обычными при знакомстве приветствиями, любезными словами, кивками и реверансами. Блондинка оказалась Джозефиной, а властная, гордая брюнетка — Эми."
"Глаза обеих горели пугливым восхищением. Девушки держались немного суетливо, их щеки пылали румянцем. Быть может, этих двоих будоражило столь тесное знакомство с «падшей женщиной», как, вероятно, аттестовала графиню миссис Снит.
Они напоминали двух любопытных собачонок. Еву одолевало желание протянуть им руку и дать ее обнюхать.
Она была лишь немногим старше этих девушек, но их разделяла пропасть жизненного опыта шириной с Атлантический океан. Ева могла бы навести на них ужас и заворожить, подчинить себе — подобная ребяческая выходка, возможно, помогла бы развеять скуку, но неизбежно отпугнула бы от нее всех женщин. «Ты хотела завести друзей, — напомнила себе Ева. — Так будь дружелюбной».
Глядя на Еву во все глаза, миссис Лэнгфорд безмолвно протянула ей корзинку с печеньем.
Ева взяла ее с грацией королевы, принимающей скипетр из рук вассала.
— Жду не дождусь, когда попробую ваше сладкое печенье, миссис Лэнгфорд.
— Надеюсь, оно придется вам по вкусу, — сухо отозвалась женщина.
— Я в этом не сомневаюсь.
Что, если печенье и вправду твердое как камень? Что ж, тогда можно позвать в гости Поли Лэнгфорда и швырять печенья, как камешки, в пруд позади усадьбы.
