Греховный поцелуй

Ей стало ясно, что он не хочет обсуждать эту тему. Эванджелина снова перевела взгляд на групповой портрет.

— Вы выглядите счастливым.

— Я и был счастлив.

— Сколько лет вам было в то время?

— Десять.

— У вас еще есть семейные портреты?

Он пожал плечами:

— В Медоубруке, где живет мой брат.

Его брат. Вот этот тощий долговязый малый с удочкой. Какими счастливыми и прекрасными, должно быть, были те дни. Эванджелине всегда хотелось иметь братьев и сестер.

— Вы навещаете его?

— Никогда.

— А он вас?

— Да он скорее бы умер.

— Он… О!

Эванджелина отвернулась от полотна, на котором был изображен жизнерадостный маленький мальчик, и посмотрела на серьезного взрослого мужчину, каким он стал.

Взгляд мистера Лайонкрофта был мрачным и непроницаемым. Хотя он оставался в своей обычной позе, мускулы его казались напряженными, а поза была не такой небрежной, как обычно, будто отвечать на вопросы о семье было чертовски неприятным."

"— Роуз, — сказал он наконец, — тоже едва ли захочет навестить меня снова.

Мое соседство определенно оказывает роковое действие на продолжительность жизни членов семьи. Я бы не удивился, если бы оказалось, что это моя последняя встреча с сестрой и племянницами.

Он сжал зубы и снова перевел взгляд на картину, будто сожалел о своей откровенности.

Лайонкрофт, как начинала понимать Эванджелина, сожалел о многом. Он не был хладнокровным негодяем с черствым сердцем, каким она рисовала его прежде в своем воображении.

— Я не думаю, что Роуз считает вас убийцей, — сказала она наконец.

Он усмехнулся, и усмешка его была ужасной пародией на смех.

— Считает.

— Она не может так думать.

— Почему бы это?

— Потому что это мог сделать любой. Возможно, ее подозрения продиктованы возбуждением и нервозностью.

— Если вы так считаете, — сказал он, и голос его звучал тихо, но твердо, — почему не выясните точно?

Она недоуменно заморгала:

— А почему я… Что я могу сделать?

— Но ведь у вас есть путь узнать правду. Разве не так?

— Я… — замешкалась с ответом Эванджелина.

Она хотела бы, чтобы ее речь звучала успокаивающе, но в его глазах снова появилось недоверие и жажда мести. — Что вы хотите сказать?

— А вы как думаете? Многое, мисс Пембертон. Как, я говорил вам прежде, я ни на йоту не верю в ваши видения Господа.

— Вы полагаете, что я солгала насчет смерти лорда Хедерингтона…

— Нет, мисс Пембертон. Не думаю. Я уверен, что его задушили точно так, как вы это описали.