Мне надо поработать. – Сдерживаю желание поцеловать ее пальцы. Не знаю, что она рассказала о нас своей матери… если вообще рассказывала.
– Кристиан, очень рада наконец-то с вами познакомиться. Ана очень тепло о вас отзывалась, – произносит миссис Адамс с приятной улыбкой.
– В самом деле?
Ана заливается краской.
Тепло, говорите?
Это хорошие новости.
Официант приносит мне джин с тоником.
– «Хендрикс», сэр.
– Спасибо.
Дамам подают еще по коктейлю.
– Сколько вы пробудете в Джорджии, Кристиан? – спрашивает ее мать.
– До пятницы, миссис Адамс.
– Поужинаете завтра с нами? И зовите меня, пожалуйста, Карлой.
– С удовольствием, Карла.
– Замечательно. Простите, я отлучусь в дамскую комнату.
А разве она только что не туда ходила?
Я поднимаюсь вместе с ней, затем вновь сажусь, готовый встретить гнев мисс Стил. Беру ее за руку.
– Значит, ты злишься, что я ужинал со старым другом? – Целую каждый пальчик.
– Да. – Она немногословна.
Ревнует?
– Анастейша, наши сексуальные отношения закончились давным-давно.
Я никого не хочу, кроме тебя. Разве ты еще не поняла?
– Я считаю ее растлительницей малолетних, Кристиан."
"У меня мороз по коже от этих слов. Насколько неверно Ана все поняла – трудно даже объяснить. Как день и ночь.
– Не суди наскоро. Все было совсем иначе. – Я сердито выпускаю ее руку.
– А как же тогда? – Она упрямо вскидывает подбородок.
Слишком много выпила?
– Она воспользовалась уязвимостью пятнадцатилетнего мальчика, – продолжает Ана. – Если бы ты был пятнадцатилетней девочкой, а миссис Робинсон была бы мистером Робинсоном, вовлекающим тебя в БДСМ, было бы нормально? Скажем, если бы на твоем месте была Миа?
Ох, ну это уже просто смешно.
– Ана, все было не так.
Она сверкает глазами и по-настоящему злится. Почему? К ней ведь это никак не относится? Я не хочу всерьез ругаться здесь, в баре. Поэтому стараюсь не повышать голос.
– Ну, хорошо, я все это воспринимал иначе. Мне такое доминирование было на пользу. То, что мне требовалось. – Боже правый, если бы не Елена, я бы уже сдох! Пытаюсь держать себя в руках.
Ана хмурится.
– Не понимаю.
Угомони ее, Грей.
– Анастейша, твоя мать сейчас вернется. Мне неудобно разговаривать на эту тему. Может, позже. Если я тебе здесь не нужен, меня ждет самолет в аэропорту «Хилтонхед». Могу улететь.
Она пугается:
– Нет… не улетай. Пожалуйста. – И торопливо добавляет: – Я рада, что ты здесь!
Рада? Кто бы мог подумать…
– Я просто хочу, чтобы ты понял, – говорит она.
