Грешная вдова

 — Мой план удастся только в том случае, если вы будете следовать моим указаниям, мэм.

— Я согласилась вам подчиняться и сделаю это… — она деликатно помолчала, — если, конечно, не случится ничего непредвиденного.

«Что ж, придется довольствоваться этим обещанием, несмотря на ее оговорку, — подумал Артемис. — Как видно, Грешная Вдова больше привыкла отдавать приказы, чем получать».

— Вот и отлично. А теперь приступим к делу. Вы поняли, что от вас требуется?

— Не беспокойтесь, сэр. Мы с Коротышкой Джоном будем ждать вас в карете при въезде в переулок.

— Да уж, пожалуйста. Я буду очень недоволен, если, выйдя вместе с Нелли через черный ход, не увижу поблизости ни одного подходящего экипажа.

Артемис швырнул свою шляпу на сиденье и вышел в ночь.

Латимер передал вожжи Коротышке Джону, слез с козел и подошел к Артемису. Сейчас, стоя во весь рост, он казался еще крупнее, чем когда сидел сгорбившись на месте возницы. Его массивные плечи закрывали почти весь свет от единственного фонаря кареты.

Артемис вспомнил свое первое впечатление о Лати-мере: «Скорее охранник, чем кучер».

— Я взял пистолет, сэр, — заверил его Латимер.

— Послушай, парень, вы со своей госпожой всегда гуляете по городу, вооруженные до зубов?

Латимера явно удивил этот вопрос.

Артемис покачал головой:

— И она еще считает меня человеком со странностями! Ну да ладно, это не важно. Ты готов?

— Да, сэр. — Латимер метнул горящий взгляд на окно «Желтоглазого пса». — Если они обидели мою Нелли, клянусь, я заставлю их за это заплатить — всех до единого!

— Вряд ли у них было время как-то обидеть девушку.

 — Артемис двинулся через дорогу. — Откровенно говоря, если эти негодяи похитили Нелли с целью продажи в публичный дом, то они должны беречь ее пуще глаза, чтобы не снизить ее… цену на этом своеобразном рынке, если ты понимаешь, что я имею в виду.

Латимер застыл от ужаса и гнева.

— Я понимаю вас, сэр. Я слышал, что девушек продают с аукционов, как скаковых лошадей. Бедняжки уходят к тем, кто предложит самую высокую цену.

— Не бойся, мы успеем ее спасти, — тихо проговорил Артемис.

Латимер обернулся. Его лицо являло собой бледную маску в желтом свете, лившемся из окон таверны.

— Я хочу, чтобы вы знали, сэр: если сегодня ночью мы благополучно увезем отсюда Нелли, я ваш должник до конца моих дней.

«Бедняга влюблен», — подумал Артемис. Не зная, как успокоить Латимера, он на мгновение стиснул его плечо.

— Запомни, — предупредил Хант, — мне понадобится пятнадцать минут, не больше.