Женщина нехотя отрывается от своего бесполезного занятия, и медленно, словно черепаха, начинает шарить по полкам, в поисках моего заказа.
— В такую погоду собак на улицу не выводят — тихо бурчит она себе под нос, но я слышу, каждое ее слово. — Неужели так приперло?
— Девушка, кажется, ясно произнесла, что ей нужно — Денис появляется, как черт из табакерки, окутанный морозным воздухом. — Не думаю, что размышления обслуги, ей очень нужны.
Я удивленно наблюдаю метаморфозу, произошедшую с немолодой, потерявшей привлекательность, работницей аптеки.
Она расправляет плечи, выпятив вперед плоскую грудь, и улыбаясь, протягивает ему небольшую коробочку, с нарисованной на ней тест полоской.
— Вот, самый лучший — говорит она, кидая на меня полные презрения взгляды. — Надеюсь, он покажет то, что вы желаете увидеть. Дэн молча берет коробку, и так же молча уходит, я семеню за ним, как побитая собачонка, провожаемая ехидной усмешкой провизорши. Что ж, хоть кого — то веселит эта ситуация.
— Денис, не молчи — умоляюще прошу, но мои слова разбиваются об стену гнетущей тишины — Ну, не одна же я в этом принимала участие.
Поверь, мне тоже не нужна эта проблема.
— Заткнись — рычит Дэн, останавливая машину возле дома, в котором не светится ни одного окна. Странно.
Он выдергивает меня из машины, словно пробку из бутылки, и тащит в дом, перекинув через плечо. Я не сопротивляюсь его грубости, бессильно обвиснув, как тряпичная кукла.
— Твою мать, Денис — его отец ждет нас в холле, и тут же начинает кричать, но посмотрев в лицо сына, замолкает на полуслове — Что то случилось? — с тревогой спрашивает Николай Георгиевич, ощупывая меня взглядом.
— Еще не знаю — спокойно отвечает Дэн — потом поговорим, пап, я сейчас не в состоянии мыслить здраво.
Дэн взбегает по ступеням, легко, не чувствуя ноши, и со всей силы бросает меня на кровать. Мне не больно, просто от удара, весь воздух вылетает из легких.
— Пошла — хлестко приказывает хозяин, бросая мне в лицо коробку с тестом. Я молча повинуюсь, чувствуя спиной, что он идет за мной.
— Ты, что будешь смотреть? — от стыда, заливаюсь свекольной краснотой, но он непоколебим.
— Ну, конечно же, зайка. Ты же не одна принимала участие в зачатии, не так ли? — ухмыляется Дэн, не сводя с меня колючих глаз.
— Нет, я не буду, не могу при тебе — выдавливаю из себя слова, застревающие в горле, словно иглы.
— Давай, писай уже — голосом, полным меда начинает он, но вдруг, озверев, со всей силы бьет кулаком в стену, сбивая костяшки.
