Молча смотрит на меня, словно узнала, и сейчас скажет, что безмерно за меня рада. Денис взял на себя неприятный разговор с Игорем Борисовичем, избавив меня от нервов. — У тебя будет внук, ну или внучка. Правда, здорово? Завтра тебя отвезут в хорошую клинику. Теперь все будет иначе. — Чувствую легкое давление на свои пальцы, и едва не плачу. Мама слышит меня, реагирует. Я бросаюсь к двери, что бы позвать врача. Разве такое возможно? Столько счастья сразу."
"— Катя, что случилось? — спрашивает Денис, стоящий у входа в палату.
Его глаза мечут молнии. Я знаю, этот его взгляд. Мой любимый хозяин раздражен, а точнее сказать в бешенстве. За его спиной маячит побледневший Игорь Боисович, прожигая меня злобным взглядом.
— Она реагирует. Дэн, мама сжала мою руку. Я знаю, она меня слышит — от нервного напряжения, меня трясет. Денис с тревогой вглядывается в мое лицо. Я, наверное, выгляжу сейчас сумасшедшей.
— Вы не хотите оглядеть пациентку? — ледяным тоном, спрашивает Дэн, обращаясь к доктору, который тут же устремляется к кровати моей матери.
— Катя, тебе нужно успокоиться и отдохнуть — говорит он мне — пойдем, я отвезу тебя домой, а сам вернусь, и проконтролирую, что бы все было в порядке.
Я не спорю. Знаю, что бесполезно. Когда речь заходит о моем комфорте и здоровье ребенка, Денис становится одержимым. После похода к гинекологу, что — то проснулось в нем, и даже глаза стали смотреть иначе. Взгляд стал более мягким, и черты лица уже не выглядят так, словно высечены из цельного куска гранита.
— Мы решили, что станем настоящей семьей — объявил он своему отцу, едва вернувшись от врача. А на следующий день я получила кольцо, усеянное десятком бриллиантов, которое Денис одел мне на палец, в присутствии членов семьи. Заявил на меня свои права, как сказала Ольга Петровна. Он и сюда меня брать не хотел, но я настояла, горько пожалев об этом впоследствии. Дорогу я перенесла крайне тяжело, и сейчас едва держусь на ногах.
— Китти, ты меня слышишь? — Дэн поддерживает меня за локоть, и слава богу. Если бы не он, я, наверное, уже бы упала.
— Да, да. Ты прав — говорю, начав задыхаться. Перед глазами летят черные снежинки, унося меня в своем вихре, в беспамятство. Чувствую, как сильные руки подхватывают мое тело.
* * *Ольга Петровна вышла из спальни, прижимая к груди сумку с деньгами. Совсем скоро она сможет обнять сына. Эти мысли придали женщине еще большую решимость.
