Грешник (ЛП)

Син отпускает меня и делает шаг к ней.

— Что, на хрен, это значит? — требует он.

Мама сжимает свои обколотые губы, отказываясь говорить, и Син хватает ее за горло, а затем поднимает на ноги.

— Что, черт возьми, это значит? — он отпускает ее, и она снова падает на колени, кашляя и потирая покрасневшую шею.

— «Ашер Корп», — подняв голову, говорит Линк, пытаясь ослабить давление обмотанной вокруг его шеи веревки."

"— Затк… нись, — хрипло произносит мать, потирая горло.

Син подходит к стулу и хватается за его спинку, делая вид, что собирается его опрокинуть, и Линк быстро произносит:

— После смерти Ника «Ашер Корп» понадобился генеральный директор, — сглатывает и пожимает плечами Линк.

 — Лиам взял компанию на себя. Он попросил об этом через Лордов, и они одобрили. Они не увидели в этом ничего страшного, поскольку они с Ником были друзьями. Лора за него поручилась.

— Какое отношение это имеет к моей жене? — требует Син.

— Лора была повторно одарена, чтобы выйти замуж за Джеймса. Он узнал, что Лора заставила Лиама убить Николаса, — Линк смотрит на моего отца, все еще не понимая, как тот остался жив.

 — Он угрожал пойти к Лордам, но Лора предложила ему Элли.

— Ты сука, — моя мать поднимается на ноги и бежит к Линкольну, но Син отпускает стул, поворачивается и хватает ее, чтобы она не успела добраться до мужа.

Син разворачивает ее, обхватывает рукой за шею, прижимая спиной к себе.

— Продолжай говорить, Линк, — приказывает Син, затыкая мою мать.

Он облизывает губы.

— Лора пришла к Лиаму и рассказала, что случилось, и как она отдала ему Элли.

Твой отец захотел в этом поучаствовать. Поэтому он шантажировал Джеймса, чтобы получить часть Элли. На какое-то время это сработало. Но Джеймсу нужен был «Ашер Корп», а твой отец отказался отдать компанию. Тогда Джеймс пригрозил обратиться к тебе. Показать тебе видео и фотографии, доказывающие, что твой отец трахал ту, на которой ты должен был жениться.

У моей матери закатываются глаза, и Син отпускает ее; она падает на пол без сознания.

— Значит, мой отец приказал его убить, — вздыхает Син, не сводя с меня глаз. — Эта часть была правдой, — кивает он.

Меня трясет. Дыхание прерывистое. Я делаю несколько шагов назад, нуждаясь в пространстве. Она продала меня ради компании? Моя невинность ничего для нее не значила.

«А вот ты живая стоила больше».

— Ты, блядь, все испортил.

Мы все смотрим на Лиама, который поднимается на ноги. Он прищуривается, глядя на сына и вытирая с лица кровь.