Грешник. Моя навеки

Тот скручивает ее руки за спиной, рявкает что-то невнятное, от чего стерва сначала краснеет, а потом бледнеет.

— Теперь поняла, кто я? Проваливай!

Отталкивает ее и тянется к карману брюк, достает оттуда какую-то таблетку.

— Встать можешь? — спрашивает намного мягче по сравнение с тем, как разговаривал только что с Милой, которая смотрит на меня ненавидящим взглядом. Она буквально тем самым взглядом обещает, что убьет, уничтожит меня. — Попробуй.

Я пытаюсь, но ни хрена не получается. Сил нет. Падаю обратно на пятую точку.

Зажмуриваюсь от тупой боли в голове.

— Ясно, — опускается на корточки. Протягивает мне бутылку воды. — Выпей. Сейчас принесут еду. Поешь и таблетку примешь.

Я отрицательно мотаю головой. Есть не хочу, нет. Мало ли что они туда добавят. Я не могу рисковать. Лучше голодной останусь..."

"— Что? Сдохнуть хочешь? — он цедит жестко, с раздражением. — Я с тобой нянчиться не собираюсь. Сдохнешь, никто даже не найдет. Мне бы этого не хотелось... — ухмыляется уголками губ, а потом снова выражение его лица меняется.

Оно становится суровым. Оборачивается к Миле, — Принеси ей что-нибудь нормальное поесть.

— Нечего мне ей приносить! Ничего с ней не случится. У нее несколько жизней, как у кошки. Но эта последняя. Я ее уничтожу.

— Заткнись и иди за едой, я сказал, — незнакомец встает и орет на стерву. Голова трещет от его голоса. — Еще десять минут назад ты жрала, как голодное животное, наверху. Иди. Я сказал! Живо! И чтобы без выкрутасов. Иначе придушу.

Угрожающий тон мужчины меня пугает.

Милу, кажется, тоже, хотя она пытается стоять твердо и гордо вздергивает подбородок. Однако через секунду она уже шагает на выход, качая своими круглыми бедрами.

Незнакомец снова опускается на корточки, разглядывает мое лицо. Даже голову набок склоняет.

— Лера, значит, — хмурый взгляд проходится по моему лицу в очередной раз. Он развязывает мои ноги, шепчет хрипло. — Аня тебе все верно сказала. Чем больше будешь молчать, тем для тебя лучше. А после еды прими эту таблетку, — он всучивает в мою ладонь прозрачную капсулу.

Я снова качаю головой, пытаясь выдавить хоть слово. В горле стоит удушающий ком.

— Не могу, — выходит еле слышно. — Не надо, пожалуйста...

— Знаю, что ты беременна, — цедит раздраженно. — Лера, мне сейчас не до твоих истерик. Таких, как ты, тут десятки. И я пытаюсь помочь каждой. Ты просто будешь в отключке, поняла меня? А Аня... Она поможет, не бойся. Скоро приедет. Поехала к твоему мужу, чтобы...

Он не договоравает, скрипит зубами.