Грешники

 — Она тебя полюбила бы просто за то, что ради тебя я решила взяться за ум, цветы не обязательно.

— Цветы женщине обязательно всегда, — бросает Гарик. — Что-то случилось? У тебя потерянный взгляд.

Я мотаю головой.

И не могу удержаться от мысленной иронии над всей этой ситуацией: мы достаточно близки, чтобы жить под одной крышей и строить грандиозный заговор, но не могу же я сказать, что оплакиваю своего бывшего, к которому у меня вообще непонятно что.

Для встречи с родителями Гарик сам выбрал ресторан — дорогое, но уютное заведение, где нас проводят до отдаленного столика подальше от любопытных глаз.

— Полагаю, — Гарик смотрит в меню, — нам нужно определиться с датой.

— Датой чего? — Я снова задумалась и не услышала предысторию вопроса?

— Датой свадьбы. Я бы предпочел устроить торжество в июне, чтобы успеть все подготовить, и чтобы у тебя было достаточно времени организовать торжество в своем вкусе. Женщинам все это так важно. — В его голосе чувствуется легкое снисхождение. — Кроме того, уже будет тепло и ты сможешь покрасоваться в платье.

Наверное, с Эльмирой у них все было очень серьезно, раз Гарик абсолютно в курсе всех деталей и так спокойно к ним относится.

— Пусть будет июнь. — Я открываю календарь в телефоне, выбираю последнюю субботу месяца. — Двадцать девятое число.

— Хорошо, — Гарик быстро делает заметку у себя. Когда отнесем заявление? Я могу попросить юристов, все сделают без нашего участия, если тебе это не интересно.

— Во вторник, — вырывается у меня.

— В этот вторник? — Хоть тут-то он должен был удивиться, но нет — спокоен как удав. — Хорошо, без вопросов.

Мы снова замолкаем и через несколько напряженных минут тишины мне вдруг страшно хочется сказать, что с заявлением спешить не обязательно. Я сказала про вторник совсем по другой причине. И что теперь мне стыдно за эту слабость.

Но поздно — мы уже не одни.

По покрасневшей шее отца и бледным щекам матери понимаю, что по пути сюда она уже успели выяснить отношения.

— Мама, папа, — беру Гарика под локоть, и краем глаза замечаю на его губах счастливую улыбку. — Это — Гарик, мой… жених. Гарик, — это мой папа, Александр Викторович, и мама — Татьяна Степановна.

— Гарик? — приподнимает брови отец.

— Жених? — впадает в ступор мама.

— По паспорту Игорь.