Грязная жизнь

Ее принимают в Европе, она член многих элитных клубов. И, конечно же, она дорожит своей репутацией. Вряд ли она захочет, чтобы эти кадры из ее «сексуальной кинохроники» стали достоянием прессы. Она заплатит за эту кассету сто тысяч долларов. И Ксюша снова откроет свой магазин.

Эта дура наказала сама себя!

Ксюша вставила кассету в видик и уселась в кресло. Она решила просмотреть всю запись до конца.

– Знаешь, кого я сегодня видела, дорогой? – произнесла Маша.

– Кого? – немедленно отозвался Женя.

– А что, у меня есть еще и другая? – наслаждаясь своим превосходством над ним, усмехнулась Маша.

Неуместная ирония. Ведь Маша потеряла ребенка, когда умер ее муж. Разыграла трагедию, да переборщила. Она должна сожалеть о загубленной жизни. Но, похоже, даже не вспоминает об этом.

– Нет, но неплохо бы иметь.

Ксения, дочь ее покойного мужа. И, называя ее «дочечкой», она издевается над ней. И над ним она издевается, когда он заводит речь об их собственном ребенке. Хочет он, чтобы Маша снова забеременела и на этот раз родила.

У них будет сын или дочь, и тогда она еще крепче привяжется к нему. И возможно, согласится выйти за него замуж.

Но Маша больше всего на свете дорожит своей независимостью. И даже слышать не хочет о замужестве. Он для нее всего лишь штатный любовник. И зависит от нее во всем. У него нет рычагов воздействия на нее. Хотя нет, он знает про нее одну страшную правду. Своими собственными руками она убила своего мужа. Но если он сдаст ее, то попадет под статью и сам.

Маша откупится, а он навсегда сгинет в вонючей тюремной клоаке. Так что, по сути, против нее у него нет козырей.

Бесправное положение угнетало его. Но и расстаться с Машей он не мог. Слишком хорошо жилось при ней. И на его личном счету в банке нет-нет да и появлялись солидные суммы.

– Я могу родить, – продолжала глумиться над ним Маша. – Но не от тебя, мой дорогой. Как ты думаешь, найдутся ли мужчины, желающие лечь со мной в постель?

Она нарочно вызывала в нем ревность.

Ей нравилось, когда он начинал злиться.

– Ну и что, о чем ты говорила с Ксенией? – поспешил перевести разговор Женя.

– Мне не о чем с ней говорить. Представляешь, она торгует на каком-то вшивом рынке. Даже смотреть на нее противно.

В глазах Маши злорадство. Ведь могло быть наоборот. Ксении досталось бы все, а ей ничего. Но повезло Маше. И она, как наркоман от героина, балдеет, осознавая свое превосходство над дочерью покойного мужа.