Грязная жизнь

Мишка старше его, Валентина, на три года. В восемьдесят втором ушел в армию, а вернулся моральным калекой. Так называемый афганский синдром. Два года воевал он с «духами» на чужой земле. А когда вернулся, продолжал воевать с ними на земле родной. Все, кто пороха не нюхал, – враги. Весь мир возненавидел. На Арине женился, так она у него уже через полгода «духом» стала. Как нажрется, так по квартире гоняет, все ногой под копчик поддеть норовит. Бедная баба, как она его терпит? С годами Мишка успокоился. Буянить перестал, жену больше не колотил.

Жизнь вроде налаживаться начала. Да только водка помешала. Все чаще за воротник закладывать стал, пока совсем не спился. А теперь вот из дому ушел, бомжацкой романтики захотелось.

Делать нечего, надо ехать в Пермь выручать брата. Один он у него на всем белом свете остался. Отец еще десять лет назад насмерть кипятком на заводе обварился. Мать совсем недавно преставилась. А родственники все уже давно словно чужие.

На следующий день после этого разговора Валентин вылетел в Пермь.

Правда, прежде ему пришлось объяснить ситуацию хозяину. Да, у него появился хозяин, и он прекрасно это осознавал. Шаг влево, шаг вправо – попытка к бегству. А за это на скамью подсудимых. К высшей мере его не приговорят – отменена смертная казнь. Но никто не отменял казнь по приговору бандитского суда. В тюрьме его кокнут в пять секунд, и никому ничего за это не будет.

В грязном мятом пиджаке, в стоячих штанах и дырявых ботинках Мирон шел по улицам ночного города. За ним плелись Хомяк и Берт.

У этих видок не лучше. И воняет от них, хоть нос закладывай.

На этот раз он и его пацаны оказались в Перми. Месяц в тульских лесах отсиживались, а затем в Ялту двинули. Крым теперь территория суверенного, мать его, государства. Но для Скорпиона границ не существует. Два месяца балдели под Ялтой. Там их никто не искал, портретов на стендах не развешивал. Паспортный режим соблюдался абы как. Пару раз менты тревожили их с проверкой, но больше для понта, чем для дела. Для местных они были состоятельными бизнесменами, прикатившими на курорт из России.

Ну, пришлось им телок на халяву подогнать, магарыч поставить, чтобы отвязались. Деньгами давать нельзя – могут подумать, что напрямую откупаются, а это неприятные моменты.

Из Крыма больше месяца окольными путями до Перми добирались. Нужен им этот город. Здесь уникальная клиника, где делают пластические операции. Вся уникальность в ее удаленности от города и немногочисленном медперсонале.