Грязная жизнь

Короче, чо те надо?

Сопохов покосился на него, но нарвался на острый взгляд. Этим взглядом он вгонял в транс и не таких чертей. Мужик стушевался.

– Борзо ты себя ведешь, – выдавил он из себя. – Но это ничего не меняет.

– Чо те надо, давай чирикай, не волынь.

– Ксения Архипова, место под ее юбкой все еще вакантно.

– Я тебе напомню. Ты женить ее на себе должен.

– Ну ты, бляха, даешь. Генеральный директор и единственный владелец компании «Биост».

– Это та контора, которая какие-то стенды выпускает?

О компании «Биост» Мирон слышал краем уха.

Стенды там биоэнергетические, что ли? Но кто заправляет этой конторой, он не знал. А теперь знает. Ксения Архипова. Была у него четыре года назад одна девка, Ксюха. Крепко запала на него, почитай, полгода тусовалась с ним. Он ее фамилию даже помнит. Архипова. Только куда-то подевалась потом. А баба классная, не хило за щеку принимала. Вдруг это она? Да вряд ли...

– Вот, а говоришь, не знаешь.

– Хочу на ее портрет поглядеть.

– Ты этта, дебила-то из себя, в натуре, не строй.

– Короче, мудила, ты меня достал.

Мирон нажал на кнопку, а сам поднялся из-за стола.

– Эй, ты чо? – вскочил со своего кресла и Сопохов.

Мощный удар в челюсть швырнул его на пол. И тут же удар ногой в живот.

– Ты труп! – заорал Сопох.

Мирон промолчал. Носок его ноги врезался в выпуклость между ног. Воздух прорезал свинячий визг.

С треском распахнулись двери, и на пороге выросла фигура двухметрового детины со стволом в руках. Похоже, это «бык» Сопохова.

Но Мирон только рассмеялся, глядя на «волыну», наставленную на него.

За спиной громилы мелькнула тень, и тот в беспамятстве рухнул на пол. Это сработали «кожаные затылки» Мирона. Три шкафообразных молодца возникли в кабинете.

– Ну чо, мурло, кто труп? – Мирон еще раз пнул Сопохова.

– Ты на самого Сухого наехал, понял? – скорчил тот страшную мину. – Он тебе этого не простит.

– А я его прощу? – Взгляд Мирона остекленел.

Сопохову явно стало не по себе.

– Ты, козел, косяк конкретный упорол, «мусорам» меня замазать хотел.

С каких хренов, сука?

– Ты чо, в натуре, ничего не помнишь?

– Не я здесь отвечаю, ты!

Мирон врезал ему ногой по коленной чашечке.

– Ты девку свою завалил, – корчась от боли, процедил сквозь зубы Сопохов.

– А у нас на тебя компромат.

Вот так, покойный Кружилкин на мокруху подписался. И угодил под пресс этого урода. Теперь он из него, из Мирона, веревки вить собирался. Да только не знал, козел, кто есть кто.