Гридень 6. Собиратель земель

— Корзины отрабатываете?

— А как же! Ох и горазд же ты на выдумки разные! — весело сказал Алексей.

Это хорошо, что отрабатывают «корзины», интересная вышла конструкция, должна помочь при взятии крепости. Этим термином я назвал толлеон, приспособление, которое при осадах использовали еще в древнеримские времена, о котором не должны были забыть и в Средние века.

Сущность механизма заключается в том, что на одном конце рычага были веревки и еще одна корзина, чтобы туда наложить груз из камней. С другого конца, вторая корзина, а в ней лучники или иные воины.

В нашем случае, все же лучники, частью арбалетчики.

— Завтра начинаем приступы. Твоя смена первая, — сказал я, и настроение Алексея несколько поубавило радости и веселья.

— Понял тебя! Дозволь идти к ратникам, нужно еще отработать некоторые приемы, — произнес тысяцкий, я лишь махнул рукой, разрешая.

Першило и даже болело горло, хотел поберечь его и меньше разговаривать.

После я пошел к розмыслам, проследить, как у них идет работа, тем более, что они вели учет по заготовкам лестниц, мостков и других нужных конструкций.

Тут были пять мастеров, а также целая сотня ратников. Вот они на постоянной основе и занимались строительством механизмов. Выделение отдельной розмысловой сотни оправдано. Ратники наторели в строительстве осадных сооружений настолько, что простые пороки клепают походя, для разминки. А мастера уже сами, без моей подсказки, несколько усовершенствований придумали.

Была бы возможность закидать весь город камнями, сделал бы это уже вчера, так как катапульт хватает с избытком.

Но там много условно гражданских и Карачун не хочет их выпускать, он использует и рабский труд владимирцев и просто, как элемент шантажа, подставляя горожан под наши камни и огонь.

Карачун вовсе не желает со мной разговаривать. Один раз мы встретились, так положено пере сражением, посмотрели друг на друга, перекинулись дежурными фразами, разъехались. Я предложил сдаться, даже денег предлагал за сдачу, но воевода Ростислава Юрьевича, прогнозируемо, отказался.

Я собрал про него некоторую информацию, нужно же знать, кто твой враг, чтобы сыграть на слабостях противника. Так вот, Карачун не предаст Ростислава Юрьевича, он по трупам пойдет и не станет так, как я сегодня, сомневаться. Чего стоит то, что он приказывал выгонять людей из укрытий, когда мы впервые обстреливали город и его укрепления. Психолог хренов, наверное, посчитал, что несколько десятков жизней владимирцев от наших камней и огня заставит меня уйти.