Гридень 6. Собиратель земель

Он также был частично засыпан, но защитники все же немного, ценой нескольких десятков жизней, расчистили препятствие в ходе второй вылазки. Не до дна расчистили, для этого нужно в спокойной обстановке работать день, или больше, а так, по колено. И часть братьев с послушниками пройдут ров и без мостков, но это будет вторая волна приступа, а первым штурмовикам секунда, даже не минута, решает вопрос жизни и смерти. Им замедляться нельзя.

На вал, черный от гари, с дымками во множествах мест, где догорала трава, были положены другие мостки или лестницы, со своими особенностями конструкции.

Они представляли собой большие доски, на которых были набиты бруски для опоры. А еще эти мостки имели два крюка из железа, которые впивались в землю и делали штурмовое приспособление устойчивым, удобным, чтобы воины карабкались по крутому склону.

Были и другие методы и приспособления, которые способствовали продвижению штурмовиков. Так, не мене двадцати кошек были заброшены на верх стены и по натянутым веревкам, пока их не перерубили, споро взбирались наиболее физически развитые воины, которые ранее тренировали навык подъема по канату.

И даже это не последний вариант, как именно воину можно было забраться на стену. Некоторые «акробаты» взбегали по валу, используя шест. Одни воины придерживали длинную жердь, порой, скрепленные две жерди, а особо отважный и умелый воин на втором конце шеста, словно по ровной поверхности, держась и отталкиваясь от жердей, взбирался по валу на стену.

Я наблюдал все это с кувшинчиком, в котором плескался очень даже приятный напиток из трав с медом.

Болезнь отступала, уже не трясло от озноба, не так кружилась голова, но слабость была такой, будто я в последние годы и не тренировался. Было неуютно, да чего уж там, стыдно. У меня складывалось ощущение, что я, будто бы «откосил» от боя. Но, с другой стороны, отдышка была бешенной даже от ходьбы, не то, чтобы от боя. Как бы я пневмонию не лечил, что-то слишком накрыла болезнь. Так что… Нужно долечиться.

И вообще, я напираю на своих братьев, условно офицеров, чтобы они не лезли в самое пекло, поясняя, что потеря командира в бою может грозить разгромом всего подразделения, хотя же сам рвусь в бой.

Это эмоции. Начинать нужно с себя. И это сложно. Вот смотрю, как развивается штурм, и мне кажется, что будь я на передовой, получалось бы еще лучше.

— Где взрывы? — прошипел я, понимая, что уже идет бой за один из участков стены, а главный козырь на игральный стол не брошен.