Г.Р.О.М. 3

Ну а я же сделаю вид, что якобы на точку приехал мой недруг, и мне придётся выйти, но уговорю Степанюка, чтобы он продолжил «переговоры» без меня.

Вот Валера и позвонил, правда, что-то пошло не так. Сказать «что-нибудь» для него оказалось непосильной задачей, а фантазия отключилась.

— Вот звоню, как договорились, — проговорил он, задумался и выдохнул. — Я слова забыл. Блин. Чё делать-то? Чё говорить надо?

— Здравствуйте, Валерий Львович, — начал говорить я совсем о другом, чтобы всё равно разыграть сценку. — Не слышу… не молчите.

— Птички летают, — тихо сказал Валера сдавленным голосом. Похоже, он просто решил говорить то, что видит вокруг. Ну хоть что-то.

— Да-да, как раз едем, — я закивал. — Уже скоро будем.

Степанюк с беспокойством смотрел на меня одним глазом, а второй косил на заднее сиденье, где лежал портфель с бумагами. Я ранее говорил ему, что там документы на участок, которые надо подписать.

— Уточки крякают, — продолжил Валера описывать природу вокруг себя. Наверное, он вышел покурить.

Фантазии у него оказалось не очень много. Я просто просил его говорить хоть что-то, чтобы Степанюк слышал, что кто-то со мной говорит, но Тихий никак не мог собраться с мыслями.

Впрочем, я его понимаю, бывает, что сложно вот так вот взять и что-то придумать на ходу.

— Во как, — я сжал кулак, чтобы Степанюк решил, что я обозлился из-за новостей.

— Да, ты придумаешь. Вот такие вот пироги… — и отключился.

Ну, в команде от него не требуется красноречие, его дело стрелять, а не говорить, да и в итоге всё равно поболтали. Я убрал телефон и посмотрел на Степанюка.

— Мать его, ёпрст, всё через одно место!

— Да что случилось? — спросил он.

— Приехал совладелец кафе, а он меня ещё тогда невзлюбил, — начал сочинять я. — Как только увидит меня, так сразу передумает продавать, решит, что мы что-то замыслили.

Я посмотрел на него так, будто мне в голову только что пришла мысль.

— Езжайте сами! Договоритесь, Валерий Львович уже в курсе про вас. Можно прямо на этой тачке ехать, вот и документы все здесь. Просто подмахнуть, а деньги потом. Там ещё на моё имя документы, их не забудьте подписать.

— То есть я ещё и сам должен всё делать? — недовольно пробурчал Степанюк. — Тогда я хочу шестьдесят процентов.