Г.Р.О.М. 3

Стержень у тебя есть, нашёлся быстро, стрелять умеешь. Но таких гадов, как Муха, как остальные — ещё много. И иногда с ними по закону справиться нельзя.

— Так вот вы чем занимаетесь? — догадался он. — Это не первая банда.

— Ты подумай, — продолжил я, — пока ты здесь, занимаешься своими делами, работаешь. Но когда потребуется — прикроешь. Но сам понимаешь, что делать нельзя.

— Канеш, понимаю, — Александров-младший закивал. — Всё молчком.

— Вот и молодец. Работаем тихо, никто про нас не узнает, а такие ситуации, как вчера — решаем быстро.

— Ну я, — Денис сел на диван и уставился на нас. — Вообще… тут батя недавно спрашивал, мол, одна вышка есть, вторую, может, за кордоном хочу получать? Может в Москву или Питер вернуться смогу, если захочу. Или по спорту дальше двигаться, если желание есть. Говорит, когда всё закончится с этим делом — куда угодно могу двинуть, спорить не будет.

— И что ты решил?

— Пока думаю… может, в бизнес податься, — он задумался. — Здесь на управляющего учиться, смотреть, как всё работает.

Батя же не зря на всех своих заводах всегда сам всё смотрит, разбирается во всех техпроцессах, его не напаришь. Не зря же такой подход у него, надо осваивать. А когда отец вернётся в Москву, буду здесь, а то управляющий кинуть может. Но если брать винтовку… я не против, надо просто подумать, как лучше это сделать.

— Не обязательно брать винтовку, — сказал я. — Прикрытие можно оказать по-разному. Но чем больше влияния у тебя будет, тем меньше возможностей останется участвовать самому.

Тут да, сын промышленника в команде, которого чуть не подставили вместе с отцом, может принести совсем другую пользу, уже без силовых операций. Он же наследует отцовские дела рано или поздно. Главное — все будем об этом молчать, чтобы ему не аукнулось потом.

— Ну так-то да, — Денис закивал. — Но это так, на будущее, лет через пять может. Пока-то здесь, если что, кароч, я рядом. Говорю же, не забуду. Обращайтесь, парни.

Я пошёл проверять пиликнувший пейджер на кухню, где он стоял на зарядке.

Сковородка с приоткрытой крышкой шипела, а парни продолжали болтать вполголоса, но я слышал.

— Вот и зашибись, — Ярик пихнул его в плечо. — Когда за тобой через стекляшку свои смотрят — сразу как-то спокойнее. Погремуху тебе придумаем какую-нибудь, только сами и знать её будем. Я вот Коршун, братва так назвала, Глеб — Сибиряк, Костя — Левитан. Валеру будем называть Тихий, он же Тихвинов. А вот… — он задумался. — А вот у Лёхи погоняла нет.