Онлайн-библиотека книг
"
"Заказали, она сложила руки перед собой и начала что-то тихо напевать. Я поглядел в окно, потом осмотрел кафе. Кроме нас была всего одна парочка: худая девушка в модном сейчас сарафане, высокая, с ней парень в белой футболке, очень загорелый, будто только что вернулся с югов. Что-то шевельнулось в памяти… что-то недоброе.
— А мы снова расследуем что-то? — шёпотом спросила Юлька, наклоняясь ко мне. — Так смотришь, будто снова хочешь что-то выяснить.
— Как в тот раз, когда следили за тем мажористым парнем, — я усмехнулся.
— Ага, — она засмеялась. — А я их знаю, кстати, они…
Она замолчала, когда у меня затрезвонил телефон. Батарейка на последнем издыхании, слишком быстро садится.
— Слушаю, — отозвался я.
— Это Костя, — услышал я голос вчерашнего мошенника. — Слушай, давай побазарим насчёт…
— В восемь вечера, «наливайка» у вокзала, приеду туда, — чётко сказал я и отключился. — Ну и что вспомнила?
— Ничего особенного, — Юлька задумалась и продолжила: — Это Егор и Лена.
— Да не стоит, — отмахнулся я.
— Случилось что-то? — Юля напряглась.
— Вспомнил кое-чего… Ладно. О, тебе уже несут.
— Блин, красота такая, есть жалко, — она уставилась на прозрачную чашку, где лежало три шарика мороженого — ванильное, клубничное и шоколадное.
— Как ты, — я ей подмигнул, и девушка зарделась. — Растает, таким красивым не будет. Ешь…
Что-то должно случиться с той парочкой, но что именно — пока не мог вспомнить. Ладно, вспомню — приму меры, если будет необходимо, а пока можно немного передохнуть.
Болтали с Юлькой, она смеялась, слизывая мороженое с ложки, а я смотрел на неё и думал, что вот такие спокойные моменты надо ценить. Бандиты и прочие гады никуда не денутся, а вот так посидеть удаётся не всегда.
А вот вторая половина дня выдалась не такой расслабляющей. Через час я сидел в пивной напротив РОВД Атамановского района, в которой бывал слишком часто.
Встречался я с Седовым. Матёрый опер, связанный с нашей командой, мог подсказать много чего полезного. Пусть на стадионе его не было, он помогал нам информацией. Пусть то, чем мы занимаемся, он до конца не знал до конца, но делу нашему сочувствовал.
