Меня так и распирало от гордости.
— Я поняла и сделаю выводы.
После такого разноса надо было прийти в себя. Я решила выпить кофе. В коридоре я заметила, что все стараются держаться от меня подальше. Хотелось крикнуть им: «Хватит! Что я вам сделала?» Кровь бросилась в голову, но я успокоилась, вспомнив о своей тайной ночной жизни. Надо еще как-то расквитаться со Скандалисткой. Спустившись в вестибюль на первый этаж, я позвонила в контору из телефона-автомата.
— «Сочная клубника». Слушаем вас.
Это был голос нашего дежурного.
Я сразу подумала о девчонках, толкавшихся в конторе еще с обеда, представила, как они волнуются и ждут. Приложив к трубке носовой платок, проговорила чужим голосом:
— Я хочу поговорить о вашей девушке. Ее зовут Кана. Это вчерашний вызов. Меня просили передать, что к ней есть претензии. — Кана — рабочая кличка Скандалистки.
— А в чем дело?
— Эта ваша Кана вытащила у клиента деньги. Из бумажника. Она воровка.
Я повесила трубку. Отлично! Скорее бы наступил вечер! Мне не терпелось попасть в контору, чтобы посмотреть, какой переполох вызвал там мой звонок.
Я досидела до конца рабочего дня, притворяясь, что занята серьезным делом. Выйдя на улицу и купив по дороге одэн, о-нигири[48] и сигарет дежурному, помчалась в контору, горя нетерпением и желанием во что бы то ни стало отхватить какого-нибудь клиента. Моя цель — скопить к сорока годам сто миллионов — отодвигалась все дальше, однако если не будет клиентов, о ней вообще можно забыть. Скандалистка наверняка опять начнет беситься, но, может, и на мою долю кто-нибудь достанется.
Я со стуком распахнула дверь конторы.
— Доброе утро!
Дежурный взглянул на меня и сразу отвернулся. В комнате уже скучали пять-шесть человек. Болтались без дела — перелистывали журналы, смотрели телевизор, слушали музыку в наушниках. Скандалистка меня игнорировала — даже головы не повернула.
— Вот, это вам. — Я протянула дежурному блок «Кастер майлд». Нужно как-то умаслить парня, чтобы получить клиента. Вот и пришлось раскошелиться.
— Мне? — Дежурный то ли удивился, то ли растерялся.
— Да, вам.
Должно подействовать. Успокоившись, я присела за стол, достала еду. Похлебала бульона, закусила о-нигири. И тут зазвонил телефон. Все напряженно смотрели на дежурного. «Меня! Меня!» — молила я его глазами. Но он указал на Скандалистку.
— Кана! Отправляйся.
— Я готова.
Скандалистка неохотно оторвалась от телевизора. «Почему только ее не выгоняют?» — недоумевала я, быстро заканчивая ужин.
