Еще десять минут, и он пропустил бы дилижанс. Сев в него, он стал размышлять, следует ли ему ехать до Элизабеттауна, дав покой травмированной ноге, или попробовать купить лошадь в ближайшем городе. Но стоило ему посмотреть на сидевшую напротив девушку, как решение было принято — ехать до Элизабеттауна. Что за восхитительная девушка! Блондинка тоже очень красива, но ей далеко до темноволосой, только кажущейся безучастной. Она очень похожа на девушку с револьвером в Денвере. Волосы темно-рыжего цвета, стройная фигура, дерзкий нос — все казалось знакомым.
Ту девушку он видел только сбоку и на расстоянии.
Его попутчица выглядела более зрелой, волосы тщательно причесаны. Должно быть, ей около двадцати лет — в самом расцвете!
Светлая кожа навела его на мысль, что, видимо, она с Востока. Или избегает солнца. И знает кое-что о Мексике, если догадалась о его происхождении. Мать Хэнка, американка, была родом из Англии. Она назвала его Хэнком, позже отец изменял его имя на Энрико. Отец был мексиканским испанцем, хотя мексиканской крови в его жилах было немного.
Бабушка Хэнка, наполовину индианка, вышла замуж за испанского dona, а их сын Викториано женился на девушке из рода Вега, незадолго до этого приехавшей из Испании.
Хэнку не очень хотелось останавливаться на своих родственниках, потому что, кроме старшей, сестры, все они были мертвы. Но Саманта Блэкстоун своими расспросами разбередила старые раны. До чего она любопытна! А этот болтун Эдриен определенно был шокирован. Хэнку, однако, не претила ее любознательность.
Ему нравились женщины, которые без жеманства говорили о своих желаниях или проявляли любопытство.
Хэнк не мог отвести глаз от нее. Длинные темные ресницы прикрывали глаза, и во сне завиток волос, кажущийся при свете лампы ярко-рыжим, упал на висок. Он с удовольствием вспомнил ее смущение, когда она заметила, что он с восхищением рассматривает ее полные груди. Он ей был явно не безразличен, если вызвал такую краску смущения.
Определенно, он ей понравился. Саманта напоминала ему Анджелу, хотя кроме цвета волос физического сходства между ними не было.
Заставить покраснеть Анджелу было тоже очень легко. Он припомнил цвет ее лица, когда, остановив дилижанс, стал обыскивать ее, чтобы найти деньги. Она дала ему звонкую пощечину, и пришлось ответить поцелуем, который ему очень не хотелось прерывать.
Впервые в жизни Хэнку захотелось ограбить дилижанс — именно этот. Тогда бы он мог обыскать рыжеволосую красавицу, сидевшую напротив.
