— Что касается меня, то я никогда не видел такой красивой женщины, — сказал он искренне.
— Ты не знаешь этой стервы, — глухо произнес Хэнк.
— Я не думаю, что смог бы так ненавидеть женщину, — задумчиво сказал Лоренсо. — Как ты можешь?
— Ее красота застлала тебе глаза, Лоренсо. Не позволяй себя обмануть, — холодно сказал Хэнк. — Она использует мужчин, а потом растаптывает их души и отбрасывает.
— Вот оно что, — понимающе усмехнулся Лоренсо. — Ты любишь ее.
— Perdiction! Я не могу любить эту стерву! Не говори о ней больше.
Увидев такую вспышку гнева, Лоренсо нахмурился.
— Она просит, чтобы я остался с ней. Она не доверяет тебе, и я понимаю почему.
Хэнк добродушно рассмеялся.
. — Твоя работа окончена, она здесь. Теперь за нее отвечаю я.
— Ты не обидишь ее?
— До тех пор, пока она будет нормально себя вести и не начнет буйствовать.
— Есть еще одно соображение, amigo. Ты спас мне жизнь, и я в долгу перед тобой. Не заставляй меня сожалеть о моей преданности тебе.
— Перестань беспокоиться, — раздраженно сказал Хэнк.
— Она не стоит твоей заботы, Лоренсо, поверь мне, она сама позаботится о себе.
— Мне не хотелось бы, чтобы с ней плохо обращались.
— Оставь, Лоренсо, — прорычал Хэнк. — Ты позволил себя одурачить. Она считает варианты и действует как мужчина. Предупреждаю, что ты ответишь, если в ее руки еще раз попадет оружие.
Лоренсо покраснел, вспомнив о своей оплошности. Он не мог полностью поверить словам Руфино. Правда, она пыталась убить его, но ведь то была критическая ситуация — ее похитили.
Что Руфино сделает, если она опять разозлит его?
Глава 19
Дверь без стука открылась, и Саманта подскочила на кровати, натягивая на себя одеяло. На ней был кружевной лиф и короткие обтягивающие рейтузы, которые она надевала под юбку, отправляясь на прогулки верхом. Она никак не ожидала, что кто-то посмеет войти к ней комнату, иначе она не стала бы раздеваться. Этим кем-то был Хэнк.
— Я хочу, чтобы на дверь установили замок, — потребовала Саманта, глядя на Хэнка уничтожающим взглядом.
Он посмотрел на ее грязную одежду, лежащую на сундуке, потом глянул на Саманту и усмехнулся, заметив, что она крепко держит одеяло у самого подбородка.
— Замок будет — только ключ останется у меня.
— Тогда не надо.
— Почему же? Это будет сделано утром. А чтобы никто не мог проникнуть к вам через окно, я снаружи обошью его досками. — Хэнк говорил вежливо, но в его тоне слышался неприкрытый сарказм.
— Дьявол, — пробормотала она сквозь сжатые зубы.
