- Она сейчас проснется! - Хоакин вырвался, отбросив Бера в коридор, и снова рванул к
куполу тьмы."
"У меня больше не было времени, я чувствовала, как родовая сила иссякает, возвращась
обратно, и скоро купол, который ограждает меня, начнет истончаться и таять.
- Пошли вон! - небольшое усилие, и тьма взвихрилась до потолка, окутывая мою фигуру. -
Пошли вон с моей земли! ВОН! - тьма ярилась, откликаясь на мои желания. - Забери его,
Люк! Во имя Великого, забери его! Я не сдержу силу!
- Брат..., - на этот раз они тащили Хоакина вдвоем, почти свернув его пополам в захвате.
Тот упирался, бешено сверкая темными глазами, отливающими льдистыми искрами.
- Она сейчас проснется! Проснется! - Хок снова сбросил захват, и при этом рванул вперед,
как бы размазавшись в воздухе. Мое зрение изменилось, и я увидела серые ленты-тени,
которые тогда преследовали и пугали меня в библиотеке.
Тени с шипением легко преодолели купол тьмы и рванули ко мне, извиваясь в воздухе. Что
это за дрянь? Я окутала руки силой, и схватив одну, начала рвать пополам, вымещая на ней
всю свою ярость, ту ярость, которая бушевала внутри, ту ярость которую принесла сила
родового Источника.
Лента-тень извивалась и шипела, но тьмы было больше, она разъедала и подтачивала,
поглощала и плавила, уничтожая то, чего не должно быть здесь. Последнее усилие, и лента-
тень тает, осыпаясь в воздухе серыми клочками тумана.
В этот момент Хок рухнул на колени в подлете, со всей силы, и так харкнул кровью, что
долетело почти до моих сапог.
- Брат...
- Хоакин!
Лента. Лента-тень и Хок. Я начала ловить вторую, как Люци торопливо закричал.
- Отзови, отзови их, Хок, отзови немедленно...
Хок сделал странный жест рукой, с трудом поднимаясь на ноги, опираясь на Бера, и вторая
тень просто растворилась в воздухе с легким шипением.
Я отстранено наблюдала, как кровь продолжает стекать по уголку его рта, и могла точно
сказать, что Хоакину потребуется не меньше половины декады на восстановление
повреждений. Руки зачесались по старой привычке, скастовать стазис, исцеляющее,
анестезию, но я удержалась усилием воли.
Сейчас это не мои дяди. Это не мои дяди. Сейчас это корши, которые пришли в мой дом. В
мое гнездо.
Щелк-щелк. Люк и Бер одновременно вздрогнули, когда я наконец определилась с
плетением.
Щелк-щелк. Я запитала чары, и в моих руках запела ослепительно белая молния высоким
напряжением. И тьма грозовым фронтом взъярилась за моей спиной, шевеля волосы
ветром силы.
