Ритуал (СИ)

В одном неприветливом мире есть маленький северный край, где живут очень угрюмые люди, у которых снега зимой не допросишься. А тут ещё всплывают нехорошие аллари, в горах мутят воду гордые, но недальновидные горцы. Менталисты потрошат мозги людей, Твари лезут из-под земли… И даже божественное вмешательство в этом мире продаётся и покупается. Казалось бы куда уж дальше, но тут всплывает формирование бабушек-мстительниц…  

Глава 129. Одни вопросы

Уже светает — я выглянула в окно спальни. Мы с Ликасом справились бы быстрее, но служанка постоянно забывала слова сценария.

Я вытерла прихваченное из лаборатории яблоко о рукав и смачно хрустнула — кислый сок ожег гортань, и зубы свело — гадость, кислая гадость. Эти яблоки собирают в озелень, чтобы хранились в прохладной темноте до самой середины зимы — и они не успевают напитаться сладостью. Аларийка притащила для записей целую корзину из подпола в качестве реквизита — у нас ведь только прошел праздник Урожая — дары осени непременно должны быть на столе.

Кислятина — огрызок полетел в угол.

Я стянула, поежившись, по-осеннему легкое домашнее ханьфу и аккуратно припрятала в глубину шкафа — оно провоняло дымом, свиток с рецептом Мора пришлось сжигать трижды, пока не вышло идеально.

Убрала, сложив трубочкой старый номер Имперского Вестника с нужной датой, и блаженно растянулась на тахте — дело сделано. Две пирамидки ждали своего мгновения на туалетном столике — дознаватели получат те записи, которые так хотели.

Я даже не стала спрашивать Ликаса, где он нашел почти точно такого же невнятно-серого Нарочного, или зачем аллари так откровенно подставляют горцев — горская косичка снова была непременным атрибутом.

Всё равно отмолчится. Ликас последнее время всё больше начал напоминать мне дядю.

Небо за окном розовело по кромке — можно ещё немного поспать. Я закуталась в меховое покрывало и засопела. Дрема пришла быстро, последние мысли на краешке сознания были про Луция — я отменила приказ, нужно непременно с утра дождаться аларийку — мне нужно точно знать, как выглядел свиток с эликсиром Мора, который подложили Наставнику, и где он лежит…

Стучали трижды — деликатно и осторожно, с некоторой опаской, которую выдавала пауза между стуками, когда костяшки пальцев касаются двери.

Решительно стучат не так — стучат, требуя своё по праву.

Это не Бутч — он не стучит, и не служанки. Я затянула пояс утреннего халата и открыла — за порогом спальни ожидал, переминаясь с ноги на ногу, нервный молоденький дознаватель.