Он не был обеспокоен, однако, явись перед ним вооруженный курьер, не удивился бы. Может быть, дурашливо поприветствовал бы его на американо-немецкий лад: «Хай!»
Ну хватит, осадил он себя. Его ноги тоже слушались с трудом, но он не подавал виду. Требовалось время, чтобы кровообращение в конечностях восстановилось.
Отчетливо раздался голос Хусейна:
– Ноги отсидел… Мне плохо, Марк. – И вдруг, сжав кулак, горячим шепотом выговорил: – Получилось!
Марковцев пожал плечами, принимая похвалу.
– Мы только стартовали.
– Финишируем, Марк, не сомневайся, – подал голос Адам. – Я посажу эту птичку, если понадобится, и на травяной аэродром. А уж покружить над местом выброски – тьфу. – И горячий азербайджанец сплюнул себе под ноги.
Марковцев открыл контейнер с оборудованием и передал подоспевшему Адаму генератор радиоволн. Поторопил Хусейна, который остановился рядом с Катей. Бортмеханик один за другим взял из рук Марка пистолеты-пулеметы, один повесил себе на шею, два других передал Адаму и Кате.
Вздрогнул от неожиданности, когда увидел Марка в маске. Черт, он и забыл, что и одежда на всех одинаковая.
Прошла минута, и команда была полностью экипирована. Марк, скрывший лицо под маской Брежнева, бросил критичный взгляд на Катю. Она была самой малорослой в команде, и облик еще недавно действующего президента ей подходил больше всего. Марковцев подал знак Хуциеву-Горбачеву, и тот включил питание на генераторе шума. С ярким светом диодов на панели управления самолет потерял всякую связь с землей.
Марковцев потянулся было к дверной ручке, как вдруг дверь стала открываться…
У Тувинца был «Вепрь-308» с 52-сантиметровым стволом. Обычно он использовал патроны, изготовленные на станкостроительном заводе в Барнауле, с оболочечными пулями, которые он дорабатывал самостоятельно: спиливал носик и сверлил дырку. Фактически получал разрывные. Он снова и снова возвращался на два дня назад, когда стрелял с двенадцати метров… Человеку разорвало грудную клетку и оторвало руку.
Но он был еще жив, когда Тувинец подошел к нему, продолжая держать на прицеле. Капитан милиции был похож на персонаж из фильма ужасов, из которого, выламывая грудную клетку, выбрался паразит. Он был похож на пациента, над которым устали бороться за операционным столом хирурги-кардиологи. Вскрыв ему грудную клетку, они единодушно пришли к выводу: не жилец. И велели санитарам увезти его.
