Да-с…
На этом, считая меня окончательно уничтоженным как класс, злобный препод вдарился в объяснение новой темы. Я мужественно пытался записывать, но вот беда: понятные вроде бы по отдельности слова никак не складывались в осмысленные фразы. Как будто новости в соседской квартире через стену слушаешь! Ничего не понимаю. К концу пары и Кочерга выдохся, принялся дергать галстук, жаловаться на духоту и сбиваться с мысли.
Возле расписания торопливо листала тетрадку Ленка Шкодина. Тряпка! Я — тряпка: сколько западаю на барышню, и как дурак, подойти не решаюсь.
Вот сегодня, например, все и так идет наперекосяк, так пуркуа бы не па?
— Лен, привет, — она подняла на меня большущие глазищи, и я понял, что краснею как помидор. — Ты… э… давай вечером в кафешке посидим, я такое местечко на Арбате знаю… чудное такое…
А она ресницами махнула и щебечет:
— Ой, Сереженька, а может, завтра, а? Я сегодня с Белкиным договорилась ману тапать.
Тут меня так и перекосило, давешний сон вихрем промчался в голове, сметая все прочие эмоции.
Ману она тапать договорилась! Знаю я, блин, как ты ману тапаешь. Да еще и со всем курсом подряд — шлюха! Нет, точно, натуральная шлюха.
Что-то я пробормотал такое невнятное, только у нее улыбка, смотрю, с лица сползла. Ну, да и я не в радужных чувствах в буфет потопал.
Философ тоже завел волынку о проблемах гносеологии в натуралистической философии тапания маны, правда, быстро выдохся, раскашлялся и отпустил нас на полчаса раньше. А на информатику я вообще не пошел.
Как представил «язык программирования Манатапль»…
Я брел по улице, совершенно потерянный и несчастный. Господи, ну куда же я попал? Прохожие бодро шлепали по своим делам, улыбаясь мне с таким добродушным видом, словно я был всеобщим любимым племянником. Молодые люди переводили старушек через улицу, дворник усердно скалывал только начавший образовываться на тротуаре ледок, автомобилисты вежливо пропускали пешеходов, мамашки с колясками вместо пива прихлебывали апельсиновый сок.
А со стен таращились плакаты, призывающие непрерывно и в больших количествах тапать ману, тапать ману, тапать ману…
В результате я оказался возле цирка. Еще подумал, что тут мне самое и место. И впрямь: над входом висела большая афиша «Только у нас! Только один день! Виртуозы тапания маны! Зрители задают вопросы гениям тапа.» Я почувствовал, что глупо улыбаюсь — идея мне понравилась. Даже надежда какая-то забрезжила: взять и задать вопрос. Нет, даже не так.
