Говорят, это проклятие от имени всех, убитых в спину. Представляешь, что будет у тебя вместо носа, когда заболеешь?
— И шампуня от неё нету, — в ужасе прошептал снайпер.
— Во-во, — подтвердила я. — Или возьму ассоциативный ряд и превращу тебя в кукушку, которую слопает вот эта птица.
Большая флегматичная сова шумно опустилась мне на плечо, отчего, надеюсь, я стала чуточку похожа на Афину-Палладу.
Ход был абсолютно излишним, но, скажите, какая женщина устоит от соблазна?
— Так что лучше исчезни сам. Свою роль в сюжете ты уже исполнил.
Фома прислушался к писку телефона в ухе и сказал, что приказано спускаться.
Обоим.
Отряд уже принял походный ордер. Приятели заняли место в строю. Капрал скомандовал марш.
— Враньё, — сказал Фома чуть погодя. — Нет никакой Земли. И никогда не было.
— А… женщина? — спросил Рене.
— Примерещилась! Остаточный синдром боевой тактической галлюцинации, слыхал?
Какое-то время они шли молча.
Отблески пожара бросали алые всполохи то на насупленный лик Фомы, то на Рене, беззвучно шевелящего губами.
— Нет, — сказал вдруг Рене. — Не может быть, чтобы ложь…
Он зашагал шире, догоняя капрала.
— Хире капрал, простите. А что стало с землянами? Капрал повернул голову и несколько секунд раздумывал — ответить или отдать приказ вернуться в строй.
Потом лоб его разгладился.
— Последние люди слетелись к побережью и поселились там, любуясь морскими закатами и линиями, что прибой оставляет на песке. Однажды поднялся ветер и сдул их всех в океан."
