Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

– Марги, в качестве кого леди Волдерт собирается представить меня своим гостям? – перебила я ее, не желая тратить время на пустое.

Вжав голову в плечи, служанка опустила взгляд в пол и ответила совсем тихо:

– Леди Волдерт уже заочно представила вас своим гостьям.

– В качестве кого? – повторила я настойчиво.

– В качестве невесты Его Светлейшества. Простите.

Прощать Марги мне было попросту не за что. Существовало поверье, что все тумаки получал гонец, принесший плохие вести, но я склонности к членовредительству за собой не замечала.

Тем более если эта леди никакая ни невеста на самом деле, а наемный работник.

Пока не могла определиться, как относиться к происходящему. С одной стороны, приди сюда сама леди Волдерт и попроси меня о содействии, я бы ей, вероятно, подыграла. Просто потому, что от меня не убудет. Да и мысль о том, что кто-то может позариться на герцога, удручала, несмотря на то что фактически я не имела права даже думать о нем в контексте отношений.

Это разум твердил о здравомыслии. Сердце же требовало устранить саму вероятность появления незримой соперницы. Но с другой стороны…

Мне не нравилось, когда меня пытались использовать. Я никому подобного не позволяла. Но и устроить некрасивую сцену на глазах у гостей и, что самое главное, Сабиры? Нет уж, я пока находилась в своем уме и кое-что знала о правилах приличия, в отличие от заявившихся без приглашения гостий.

Нас с леди Волдерт ждал серьезный разговор. Тем более что, если бы не Марги, я бы и не узнала о затаившейся каверзе заранее. Неприятный сюрприз застал бы меня врасплох.

– Может быть, все же переоденетесь, Ваше Сиятельство? Я видела у вас чудное… – начала было служанка заискивающе.

– Нет, – отрезала я неоспоримо, продолжая учить малышку считать. – Я не стану строить из себя кого-то другого перед этими леди и тебе не советую.

Приглашать нас на ранний обед пришел сам управляющий лично. Все его недовольство моей персоной без труда читалось в сухих чертах лица, но противоречить распоряжению хозяйки дома он не мог, а потому вынужденно выказывал почтение, склоняя голову лишь едва-едва.

Я наблюдала за его потугами с живейшим интересом.