Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Но Дэйривз Волдерт умел держать себя в руках. Разумной частью себя не желал обманываться. Прекрасно понимал, что это не Эрнеста. Всего лишь похожа внешне, но внутри…

Он не знал, как зовут эту девушку, что она делала во дворце и какая она. И узнавать себе запретил. Не хотел предавать память о любимой.

Их вторая встреча произошла также случайно. Герцог Трудо не собирался присутствовать на балу. Он не посещал их с тех пор, как женился: у него было на что потратить время. Но на празднике выпускниц Академии благородных девиц ему побывать пришлось.

Потому что именно это торжество Его Величество выбрал, чтобы в неформальной обстановке представить совету ту, что готовил на роль своей новой фаворитки. С великими герцогами обсуждалось и такое. Тем более такое. Эта девушка фактически получала в свои руки власть, ограниченную лишь монархом.

Столько власти, сколько король давал своим фавориткам, он не предоставлял даже своей покойной супруге.

Однако в день бала новая фаворитка так и не была представлена совету.

Впрочем, генералу Волдерту в принципе оказалось не до нового увлечения Его Величества. Как бы герцог ни пытался держать себя в руках, а его взгляд то и дело находил в толпе Аларию. Он без труда отыскал ее среди придворных, воспитанниц академии, их родителей и потенциальных нанимателей.

Отыскал каким-то внутренним чутьем и больше отвести взор не смог. Пытался. Но не получалось. Даже друг герцога Трудо заметил его пристальное внимание к юной выпускнице.

– О Крылатый бог! Я даже говорить ничего не хочу, чтобы не спугнуть тебя! – с наигранным восхищением шепотом воскликнул Авраим.

– Вот и не говори, – проворчал Дэйвриз и снова попытался себя пересилить.

Но в этот момент ему было проще убедить себя в том, что драконы не летают, нежели перестать смотреть на юную девушку, так похожую на его Эрнесту. Глядя на нее, он осознанно позволял себе обманываться. Всего на миг, на сладкий миг ощутить, что вот она – живая, радостная, улыбчивая. Все такая же красивая, изящная и молодая. И он может к ней подойти.

Может обнять ее, как раньше. Может поцеловать. И украсть на всю ночь ради простой прогулки по парку.

Генерал Волдерт знал, что сходит с ума. В тот миг, когда Алария так решительно и стремительно ринулась к нему, разрезая живое море, словно крейсер, он взглядом убеждал ее не подходить. Перетерпеть, переждать его внимание, в конце концов просто уйти.

Потому что сам он сделать это был не в силах.

Но она шла. Уверенно, стремительно, непоколебимо.