Дружбу я еще смогу вынести. Но опекунство? Семью? Точно нет! После убийства Энтони я повез его тело в Бельвуа. Заранее экспресс-почтой отправил туда печальную весть, но почему-то ее там не получили. Дядя узнал обо всем, только когда увидел мертвого сына. Ты знаешь, что это такое, когда на твоих глазах у человека разрывается сердце?
Барроу покачал головой.
— А я знаю. И не хотел бы увидеть это вновь.
В комнате повисла тишина.
— Чейз, когда ты любишь кого-то, всегда есть шанс сделать больно этому человеку. Но если ты позволяешь ему уйти, боль из возможной превращается в неотвратимую.
Я видел, как эта женщина проводила дни и ночи возле твоей постели, пока ты был на грани смерти. Александра любит тебя. Если не можешь ответить тем же, тогда дай ей ясно понять это. И чем раньше, тем лучше.
Чейз кивнул. Как всегда, его раздражающе педантичный братец был прав.
— Завтра я пообещал повести их в Британский музей. Там и поговорю с Александрой при первой же возможности.
После первых двух минут, проведенных в Египетском зале, Александра поняла, что идея прийти сюда была самой ценной за все лето.
— Только посмотри. — Она потянула Чейза за руку. — Ты когда-нибудь видел девочек такими счастливыми?
— Ну конечно, они счастливы, — ответил он, впрочем, без особого энтузиазма. — Дейзи оказалась в царстве смерти, мумии лежат штабелями по три штуки, а Розамунда даже мечтать не могла о таких россыпях золота.
— А если думать об образовательной пользе этого посещения?
Поправив очки, Дейзи наклонилась к табличке на стеклянном ящике, который служил футляром для каменной колоды, покрытой замысловатым орнаментом, потом прочитала слово на табличке вслух, слог за слогом:
— Сар-ко-фаг.
— Иди посмотри на это! — махнула сестре Розамунда. — Прежде чем запеленать мумию, из умершего, оказывается, вынимали все внутренние органы и раскладывали по золотым сосудам. — Она указала на один кувшин. — Вот этот — для мозга. Тут написано, что мозг вытаскивали из покойника через нос.
Алекс повернулась к Чейзу.
— Ты же не будешь отрицать, что это познавательно.
Он только пожал плечами.
Втайне Алекс была согласна с ним. Она тоже надеялась, что девочки со временем начнут интересоваться чем-то другим, а если нет, то хотя бы это их увлечение не будет таким болезненным, с криминальным оттенком.
— Можно сходить в зал диковинок Южных морей? — спросила Розамунда. — Я хочу посмотреть морские карты и вещи, принадлежавшие капитану Джеймсу Куку.
— Идите, — разрешила Алекс.
