— Надеюсь, вы любите селедку? — И бросился вслед за новой — даст Бог, еще не отказавшейся от места! — гувернанткой. — Подождите!
Чейз помчался вниз, перепрыгивая через три ступеньки, и даже съехал по перилам, чтобы перехватить Алекс на следующей лестничной площадке.
— Мисс Маунтбаттен, подождите! — В броске он наконец поймал ее за руку.
Они стояли на лестничной площадке. Алекс была маленького роста, а он возвышался над ней. Ее макушка доставала ему до середины груди. Смешно было в такой ситуации продолжать разговор.
Он отпустил ее руку и спустился на две ступеньки, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
Взглядом Алекс была готова сбросить его с лестницы. При таком хрупком сложении она производила впечатление сильной женщины. Изящный, слегка вздернутый нос, оливковая кожа и простой пучок блестящих, черных как ночь волос. Бездонные черные глаза уставились на него, словно увидели что-то там, в глубине. Ему потребовалось время, чтобы собраться.
— Миллисент — это кукла Дейзи. Девчонка хоронит беднягу по меньшей мере раз на дню, но…
Проклятье, он оставил красные пятна на ее рукаве, и только Господь знает, за что она примет эту субстанцию.
— Нет, это не то, о чем вы подумали. Это всего лишь желе из красной смородины. — Чейз вытянул перепачканный указательный палец. — Можете убедиться.
Алекс захлопала глазами.
— Вы предлагаете мне облизать ваш палец?
Чейз вытер руку о сорочку. Господи, он все испортил! Если девушка стоит на страже своей добродетели, ему это не поможет. Любая чувствительная особа женского пола двадцать раз подумает, прежде чем устроится на работу в дом скандального повесы, пусть даже воспитанницы его будут сущими ангелами.
А девчонки были настоящими исчадиями ада.
У места, которое он предлагал, было мало преимуществ. Пожалуй, только одно.
— Я хорошо заплачу, — сказал мистер Рейно. — Астрономическую сумму.
— Это ошибка. Я пришла сюда, чтобы устроиться к вам в качестве часовщика. Я не гувернантка. Меня этому не учили, у меня нет опыта. Кроме того, гувернантки — это женщины, получившие хорошее воспитание, не так ли? Я и этому требованию не отвечаю.
— Мне все равно, хорошо вы воспитаны, плохо или вообще никак. Вы образованны, вам известны правила приличия, в вас… есть дыхание жизни.
— Я уверена, что вы легко найдете кого-нибудь, чтобы заполнить вакансию.
— Вакансия была заполнена. Потом снова освободилась. И так неоднократно. Иногда по несколько раз за день. — Вы не похожи на других кандидаток. — Он замялся. — Вы другая.
