— Я думал, что подсматривать — это ниже вашего достоинства, мисс Маунтбаттен.
— Извините, — сказала она, не отнимая рук от лица.
— Я очень сожалею. Я спустилась в кухню, чтобы выпить воды, уверяю вас.
— Прижаться ухом к двери, мне кажется, не лучший способ утолить жажду.
Плечи у нее поникли.
— Я не собиралась мешать вам. И, положа руку на сердце, ничего не видела. Я прямо сейчас пойду к себе. — Прикрывая одной рукой оба глаза, другую руку Алекс вытянула вперед, словно прокладывая себе дорогу. Смех, да и только! — Разверните меня, если вам не трудно.
— Мы что, играем в прятки?
— Нет, конечно. — Девушка залилась краской. — Я должна вернуться к себе в комнату…
Сцена казалась совершенно абсурдной. Чейз даже забыл о пульсирующей боли в руке.
— Я пока не могу отпустить вас в постель. Мне нужна ваша помощь.
Алекс широко открыла глаза.
— Помощь?
— Я не смогу справиться в одиночку.
Девушка отшатнулась, сделав резкий шаг назад, натолкнулась на шкаф с медной посудой, которая тут же посыпалась с грохотом.
Алекс забилась в угол, опять закрыв лицо руками.
— Разве ваша… Разве ваша гостья не доставила вам облегчения?
— У меня в берлоге никого нет.
Александра отставила мизинец в сторону. В щелке между пальцами Чейз увидел ее длинные черные ресницы.
— Я думала, вы развлекали гостью.
Он глянул в сторону своего убежища, а потом снова на нее.
— Почему вы так решили?
— Я слышала… — Девушка отняла от лица руки и продолжила шепотом: — Стуки… А, потом стоны… О господи!
Чейз хмыкнул.
— Если вы надеялись услышать что-то непристойное, то я вас разочарую.
Я навешивал панели. На стены. Работал с молотком и гвоздями. Попал себе по пальцу. Тут поневоле застонешь.
— О! — Алекс нервно рассмеялась. — Слава богу! Какое облегчение! Я не о том, что вы ранили себя, конечно. Мне жаль, что так получилось. Я просто радуюсь тому, что вы не…
— Абсолютно голый и не обливаюсь потом от тяжких трудов?
— Э… Да.
Чейз стиснул зубы. Можно было бы продолжать веселиться и дальше, но большой палец больше не соглашался терпеть.
— У кухарки вон там есть бинт. — Он показал подбородком на верхнюю полку посудного шкафа. — Будьте так любезны, достаньте.
Однако Алекс не послушалась его, подошла и осмотрела рану.
— Повязка здесь не поможет.
— Это совсем не большая ранка.
— Но глубокая. Ее надо осторожно очистить.
— И так сойдет.
— Я видела, как такие раны начинали быстро гноиться. Большие и сильные мужчины таяли как свечки.
— По правде говоря, это не ваше дело.
