Гвардеец

Не проще ли вот так, как и было проделано? Результаты экспертизы на стол, и вся недолга! Ведь вера наследника в собственную избранность – это только начало дела, потом-то всему свету придется доказывать обоснованность претензий на трон, тут липовой экспертизой не обойдешься. Тут генетический анализ будут делать не однажды, различными методами и самые разные люди. Тут потребуется доказать законность претензий и парламенту, и патриарху, и властителям других государств – с нелегитимным правителем попросту никто не станет иметь дело.

Потому что любые договоры с ним изначально беззаконны. А любые переговоры – бесперспективны.

Так что с этой стороны все наверняка чисто, и сомневаться не приходится.

А значит, ни о каком скрытом знании и речи идти не может. Так же, впрочем, как и об эмоциональной обработке. Что там, на Крестах, произошло такого, что можно было бы расценить за эмоциональную обработку? Разве что убийство на моих глазах Инны Музыченко, медсестры доктора Герасимова… Да ну, чушь! Чушь дремучая, беспросветная, безнадежная! Сестру убили исключительно с одной целью – заткнуть ей рот! Чтобы не стало кадету Приданникову ведомо нечто, о чем ему не положено знать! Вот тебе и вся эмоциональная обработка!

Так что мысль эта изначально была глупа, и не стоило ею заниматься.

Надо думать о предложении Деда, а не о всякой ерунде. Вот о нем и станем думать.

Итак, мы решили, что предложение было подготовлено капитально, ведь им, судя по всему, занимались чрезвычайно серьезные люди. Люди опытные и надлежащим образом подготовленные… А серьезные люди, как известно, и методы используют серьезные!

Мысли его вдруг запрыгали с пятого на десятое.

Эмоциональная подготовка…

Убийство доктора Герасимова и медсестры Инны Музыченко…

Это были совершенно рваные мысли, но они вели его к совершенно определенному выводу, и не прошло и минуты, как вывод этот родился, оформился и встал перед Осетром во весь рост.

И не было у него теперь иного пути, кроме как этот вывод проверить.

Чем он немедленно и занялся.

Глава шестьдесят шестая

Лазарет находился в самом низу, поблизости от арены, где происходили схватки гладиаторов.

Надо думать, арену рядом с лазаретом и устроили, чтобы перерыв между смертью и реанимацией погибшего гладиатора был как можно меньше.

Дежурная сестра взглянула на посетителя с интересом. Она была симпатичной. Наверное, поэтому Осетр снова вспомнил убитую на Крестах Инну Музыченко и решил, что ей не стоит задавать лишних вопросов.

У нее был строгий взгляд.